– Теперь понятно, почему мы не торопимся… До следующей ночи у нас прорва времени.
– Не такая уж прорва – меньше суток, – не разделил моего оптимизма господин лейтенант. – А проблем добавилось. Что греха таить, после ночной заварушки дела наши вообще ни черту. Мало того, что Аньку не выручили, так еще одного заложника Голове подогнали разве что не бантиком перевязанным… Как оно там следующей ночью обернется? Например, башке… кхе-кхе… Звездный Янтарь не понравится, не говоря уже об проклятом Тайном Числе. Мои доблестные агенты, как я понимаю, ни о каком Числе ни уха, ни рыла… Как выкручиваться будем? Тьфу… Одно хорошо – на встречу сам пойду. Может, удастся черепушку как-нибудь объе… хм… объегорить…
Беклемишев вздохнул и отвлекшись, наконец, от горестных размышлений, вернулся к своим баранам (к последнему, чахленькому, если быть точным, упитанного-то ночью сперли):
– В общем, Дмитрий, не нервируй меня понапрасну – в гневе я страшен! Двигай уже к джипу за кейсом и Костожуем. Вернетесь, тогда и подумаем, как дальше жить. А я пока здесь пошукаю, может какую зацепочку найду, чтобы понять, куда Голова могла заложников переправить… Хорошо бы, конечно, надыбать карту города с жирным крестиком и подписью корявенькой – "Секретное убежище". Неплохо бы еще было, чтобы Вася, как Мальчик-с-пальчик, помечал дорогу до конспиративной хаты крошками. Могла же остаться хоть какая-то шамовка в Костогрызовском драндулете?.. Эх, мечты, мечты…
Пока господин лейтенант не задался вопросом, почему Голова отождествляет меня, заурядного студента-практиканта, с неким загадочным Властителем по крови, я поспешил удалиться.
Скрывшись с глаз начальника, я смог, наконец, справить нужду. И абсолютно случайно сквозь просвет в зеленке узнал, что имел в виду Беклемишев, сказав, что "не может вылезти из экзоскелета целиком". Господин лейтенат вылез из него частично: чего-то похимичил с кнопками на запястье и выскользнул из стальных ног, верхней же половиной оставшись в кибердоспехах. Отчего стал похож на мифического кентавра, покрытого извращенским плащом Костолома, как попоной. Но страннее всего было наблюдать, как Босс чинно шествовал по лужайке на всех имеющихся у него ногах. Как обычная корова или лошадь, честное слово…
Степан Данилыч на перевоплощение господина лейтенанта отреагировал спокойно, можно даже сказать – вообще никак. Да и сложно чем-то удивить человека, у которого вместо собаки на подворье обитает живая человеческая голова, вместо подушки – латексная кукла, а вместо нормального автомобиля – убитая еще, наверное, во времена отцов-основателей колымага. К тому же Данилыч, так и не получив от меня обещанного "наливая", кажется, задался целью опохмелиться самостоятельно. Не дожидаясь милостей от кого бы то ни было. Малейшим дуновением ветерка шатаемый, подобно утлому суденышку в девятибальный шторм, он упорно продвигался к родному дому, к предусмотрительно оставленной в холодильнике на утро полторашечке пива. Или шел добивать выдохшееся пойло с донышек бутылок. Уж не знаю, как у него по этикету заведено…
