Звёздный свет полностью

Я пытался договориться с разными офанимами, чтобы они провели меня через поток в ее родную гильдию, но никто не согласился. Отец предупредил всех, что я не должен покидать Вену. В какой-то момент я задумался обратиться к Леви за фальшивым паспортом, чтобы забронировать билет на рейс, но решил не впутывать его в очередную авантюру. У них с Буном и так достаточно проблем.

И все из-за меня.

Расстегнув липучки на перчатках для спарринга, я вышел из спортзала и остановился перед входом в кафетерий.

Apa вернулся домой, и не один. Рядом с ним стоял Ашер.

Отец Найи посмотрел на меня; я ответил на его взгляд.

Я все еще не понимал, что означают те мимолетно брошенные им замечания в Каракасе. Как он понял, что я стою за неприятностями его дочери, и откуда ему не следовало меня возвращать.

Хотя вход в кафетерий был широким, я постарался встать посередине, чтобы ни он, ни мой отец не смогли проскользнуть мимо.

Мне требовались ответы.

И я хотел получить их сейчас.

– Как прошла охота на Дова? – резко спросил я.

Под глазами обоих ангелов залегли фиолетовые круги. Судя по всему, ни один из них толком не спал.

Apa вздохнул.

– Успешно.

– И от него осталась кучка золотого пепла?

Ашер тихонько фыркнул, что нисколько не смягчило морщины на его лице.

– Нет.

Я приподнял бровь.

– Ты оставил его в живых?

Apa провел пальцами по своим темным волосам.

– Ашер имел в виду, что он сжег прах Дова вместо того, чтобы выполнить мой план и развеять его над выгребной ямой.

– Было бы поэтично, – сказал папа, обойдя меня, чтобы добраться до Тобиаса.

Когда они обнялись, я с прищуром взглянул на Ашера.

– Готов объяснить, почему держал меня подальше от своей дочери, Сераф?

Его челюсть дрогнула.

– Нет.

– Нет? – Я расправил плечи и вздернул подбородок. – Не готов объяснять мне свои причины или не собираешься этого делать?

Крылья Ашера ощетинились за широкой спиной.

– Тебе не кажется, что ты причинил ей достаточно боли, Адам?

Его ответ заставил моих отцов отстраниться друг от друга, а Ноа, который подошел ко мне, низко зашипеть.

Моя реакция вышла молчаливой и незаметной невооруженным глазом.

Она заключалась в том, что сердце снова рухнуло.

– Так и было… Раньше. – Едкость исчезла из моего тона, потому что чувство вины слишком сильно давило на легкие.

– Позволь сегодня вечером мне отправиться домой и повидаться с моими девочками. Завтра я вернусь сюда и, – его взгляд упал на моих отцов, затем вернулся ко мне, – и все объясню.

– Ты вернешься с Найей?

Его взгляд потемнел, будто я уже сделал ей предложение, а не намеревался встречаться под присмотром.

Apa пожал плечами.

– Ничего не поделаешь, Ашер.

Серафим не кивнул, но и не отверг предложение.

Я посторонился, чтобы дать ему пройти, и не отводил взгляда, пока его медно-бирюзовые крылья не растворились в потоке.

Никогда не думала, что буду относиться к тем людям, которые потеряли конечности, но продолжают думать, что они еще при них, однако каждое утро после возвращения домой из Каракаса я просыпалась с отчетливым ощущением, что мои блестящие черные перья до сих пор со мной.

Мои фантомные крылья.

Меня снедала потребность вернуться в мир и начать зарабатывать перья заново, но еще больше я изнывала от нужды увидеть Адама. Мы даже не могли связаться по голоранкеру, а мой мобильный…

Я попросила у Миры новый. Она сказала, чтобы я обратилась к отцу, но он вернулся домой вчера поздно вечером такой измученный, что у меня не хватило духу его беспокоить. А сегодня утром, за завтраком, как раз когда я собиралась спросить, он упомянул Вену и Адама, и вопрос про телефон тут же вылетел у меня из головы.

– Готова, Звездный Свет?

Я уронила розовый маркер, которым играла с сестрой в крестики-нолики, и вскочила на ноги, затем наклонилась и поцеловала ее наморщенный лоб, после чего устремилась к родителям, которые выглядели так, словно собирались на битву.

Ama стояла рядом с отцом, ее маленькая ладонь была зажата в его большой руке. Вторую руку мама протянула мне. Я взяла ее и не отпускала до тех пор, пока мы не приземлились в гильдии Тобиаса.

Мои нервы были натянуты, как желудок и кости крыльев, но сердце трепетало от волнения. А еще от ужаса, но в основном от волнения. Я еще не знала, какой секрет они хранили, но это не имело значения. В смысле насколько ужасен он может быть?

Я вышла из потока еще до того, как рассеялся дым, и резко остановилась при виде парня, вышагивающего по коридору. Адам поднял взгляд, его тело так напряглось, что мне показалось, будто он затаил дыхание.

Прежде чем я успела подумать о том, как это будет выглядеть в глазах моих родителей, я подбежала и бросилась к нему в объятия.

И он поймал меня.

Я буквально душила его шею, а он почти не давил мне на спину, вероятно опасаясь причинить боль. Если только не боялся моего отца. Возможно, причина в этом.

– Разве ты не рад меня видеть? – прошептала я в идеальные локоны цвета красного дерева.

Я почувствовала, как Адам сглотнул. Один раз. Дважды.

– Ох, Перышко… – с его губ сорвались два тяжелых слова.

Он наконец-то усилил хватку, затянув петлю вокруг моего сердца.