Звёздный свет полностью

Открыв коробку, Найя целую минуту разглядывала содержимое, прежде чем перевести взгляд на меня.

– Это Галина выбрала?

Я попытался понять по выражению лица, нравятся ли ей или она считает их отвратительными. Не в состоянии сказать точно, я пожал плечами.

– На данный момент это единственный доступный вариант, так что лучше надень их.

Моя уклончивость заставила Найю снова нахмуриться, но она села на диван и зашнуровала кроссовки. Прежде чем встать, провела кончиком пальца по геометрическим лепесткам розы.

– Они великолепны.

Ее слова подстегнули мое эго. Однако я все равно не признался, что выбрал их сам. Мне не нужна благодарность или чтобы она подумала, будто у меня какой-то фетиш, связанный с ногами, потому что это не так, хотя у девушки, по общему признанию, красивые ступни. – Оставлю на Ноа оформление выезда из гостиницы. – Я сжимал в руке две сумки, пока Найя доставала мобильный из тумбочки. – Готова?

Она оглядела комнату, будто искала что-то свое, о чем могла забыть, но Данморы уничтожили все ее земное имущество. Найя провела пальцами по влажным золотистым локонам, которые уже начали виться, и кивнула.

– Ох, я готова.

И похоже, не только покинуть этот импровизированный лазарет.

Казалось, Найя готова сразиться с целым миром или, по крайней мере, с бродящими по нему Тройками.

Это глупо, но я не могла оторвать взгляда от своей обуви.

После того как раз тридцать посмотрела на нее с восхищением во время ланча с родителями в родной гильдии, ama приподняла бровь.

– Ох уж эта твоя одержимость обувью.

Я вздрогнула.

– Ничего подобного. Они мне просто очень нравятся.

– Дорогая, ты одержима.

Ладно. Может, и так, но причина, по которой я не могла перестать смотреть на эту пару, заключалась в том, что они олицетворяли меня – в отличие от джинсов и черной футболки, которые могли подойти кому угодно.

Пока мама, как и всегда, пребывала в приподнятом настроении, отец не проронил ни слова с момента приземления в Нью-Йоркской гильдии после того, как я написала ему, что у меня появилось время для совместного обеда. Чувствуя вину за свою тайную миссию, я едва выдерживала его взгляд.

Мои родители настолько проницательны, что однажды я спросила у ama, обладают ли вознесенные рентгеновским зрением, позволяющим заглядывать прямо в души. Она рассмеялась и гарантировала, что никто, даже серафимы, не может просветить плоть и кости.

– Почему ты такая худая? – наконец спросил он.

Ama склонила голову набок.

– Хм. Выглядишь так, будто немного сбросила.

Я одернула подол футболки, внезапно забеспокоившись, что они увидят мой живот с пятнами.

– Просто был плохой аппетит.

– Почему? – Глаза apa приобрели пугающий темный оттенок.

Геометрические лепестки на кроссовках немного расплылись, пока я оценивала, как лучше ответить на этот вопрос.

– Просто я…

Клубок зеленого меха оттенка лайма пронесся через столовую и прыгнул прямо на колени отца.

Потрясающе вовремя, Огонек. Я протянула руку и почесала питомца за маленькими торчащими ушками.

– Найя? – Мой «думающий-лишь-об-одном» отец.

Я заерзала на стуле.

– Моя грешница оказалась сложнее, чем я думала вначале. Не говоря уже о том, что она присоединилась к гуманитарной миссии в Венесуэле, а в связи с переездом в Каракас мысли редко возвращались к еде.

Несмотря на то что мой взгляд был прикован к мурлыкающему существу на коленях отца, я чувствовала, как родители смотрят друг на друга, потом переводят взгляд на меня, а затем снова переглядываются.

Наконец ama вздохнула.

– Прямо перед тобой ее исправлял сын Тобиаса. Возможно, мы можем спросить его, как он этого добился.

– Ему для этого потребовалось всего два месяца, – проворчал отец.

– Может, он не торопился. – Только сказав это, я поняла, что защита Адама могла показаться подозрительной. В конце концов, родители до сих пор не знали, что мы с ним встретились, и меньше всего мне хотелось, чтобы они это поняли. Поэтому я добавила: – Большинство неоперенных не спешат достичь Элизиума. То есть взгляни на ama. Она использовала все отведенное ей время. – Мне хотелось похлопать себя по крылу за то, как тонко я сменила тему.

Мама протянула котенку зеленую фасоль, и зверек тут же ее проглотил.

– Да. Но чуть не поплатилась за это.

Губы отца скривились, в его памяти еще свежи воспоминания о том, как близка была любовь всей его вечной жизни к провалу.

Я сморщила нос.

– Прости, что подняла эту тему.

– Важен лишь результат. – Ama коснулась моей руки. – А не то, что могло бы случиться. Теперь расскажи мне, я слышала, что ты проводила выходные с парнями.

Я почти ощущала, как все кости в челюсти apa трещали, пока я возилась с удивительно послушным локоном. Рейвен оказалась права, когда говорила, что расчесывать волосы нужно исключительно влажными. Возможно, через некоторое время они распушатся, но пока что выглядели гладкими и красивыми.

– Найя? – Мама выжидательно приподняла бровь.

– У меня новые друзья. Разве это так плохо?