Порой аж коробит от казенного корявого языка различных сводок и отчетов: “Умело применив собаку, рядовой А. Бузин обнаружил и обезвредил 9 мин, 6 фугасов и склад инженерных боеприпасов”. Применил собаку — словно миноискатель какой. Словно применить ее может кто угодно: вот взял и применил. Им, наверное, и невдомек, что для того, чтобы ее “применить”, нужно длительное время делиться с ней последним куском — в самом прямом смысле слова, давать ей свое тепло и порой согреваться ее теплом студеными ночами на далекой заставе.
Однажды Джон заболел. Все обошлось, выходил, вылечил его Саша. Родители только спустя некоторое время получили письмо от сына. “Сегодня случилось ужасное, — писал он, — заболел Джон. Его хотели пристрелить, я не дал, уговорил оставить. Отнес в медчасть, там поставили уколы. Оттого что ничем не могу помочь Джону, даже всплакнул”.
Чеченская война приковывала к себе внимание всей России. У военных свой взгляд на нее: многим довелось месить сапогами чеченскую грязь. В Ханкале и Ассиновской с самого начала боевых действий дислоцировались сводные подразделения части. Когда поступила команда заменить их, Александр попросил направить и его. Он готовился к такой командировке. Ему не терпелось на практике в боевых условиях проверить, на что способны они с Джоном. На занятиях — это одно. Порой Саша начинал сомневаться в рабочих качествах Джона, подумывал, что собака уже привыкла к учебному городку, потому-то все так хорошо и получается. Своему другу, с которым они вместе росли и учились, Саша писал: “Хочу ехать в командировку в Чечню. Но не знаю, как сообщить об этом родителям. Они узнают, что я там, переживать будут”.
Но военная машина крутится по своим законам. Недосуг ждать, когда боец придумает, как подипломатичнее сообщить родителям о своей командировке на войну. Пришло время примерять бронежилеты. Надел его и Александр Бузин. Многие сослуживцы не смогли подавить улыбку, глядя на товарища. Казалось, под тяжестью титановых пластин он завалится. Саша посмеялся вместе со всеми. И присущее ему чувство юмора позволяло все так же крепко стоять на земле. Не до юмора было в Ханкале.
Почти ежедневно поступали сводки с различных участков: погибли, подорвались на минном поле. Подрывались на минах во время боевой работы и саперы. Александра Бузина и его питомца с неопределенной задачей “делать все, что понадобится” назначили
на одну из застав. И они не сидели без дела. Саша продолжал натаскивать Джона на поиск взрывчатых веществ. Осматривали они и машины, пытаясь обнаружить припрятанную взрывчатку. Сослуживцы из стрелковых подразделений удивлялись: утром мы только собираемся на развод — он уже с собакой возится, вечером отдыхаем после службы — Саша с Джоном только возвращаются в подразделение. Грязные по уши — уже успели обшарить все окрестности.
В то время минная война еще не приобрела больших масштабов. Саперы в основном работали по разминированию оставленных боевиками населенных пунктов. Находилась работа и Джону.
Но по-настоящему пришлось потрудиться Александру Бузину со своим воспитанником во второй командировке, в которую Саша поехал уже специалистом первого класса.
“Ни мира, ни войны” — так характеризовали этот период противостояния бандформирований и федеральных сил. Боевики основную ставку делали на захват заложников и навязывание правительству непродуктивных переговоров. Одновременно продолжали вести активную минную войну: минировали дороги, здания, жизненно важные объекты. Увеличивался не только объем работы для саперов. Эта работа требовала все более высокого мастерства. Чувствовалось, что с чеченской стороны работают профессионалы. Все чаще встречались мины-ловушки, фугасы с секретом.
После первых удачных разминирований Саша поверил в себя и в своего четвероногого помощника. А когда в районе Орехово ими было обнаружено и обезврежено девять мин, шесть фугасов и склад инженерных боеприпасов и взрывчатых веществ — даже этот скромняга Саша Бузин не без гордости подумал, что они действительно профессионалы. Теперь без колебаний, без сомнительного “а вдруг не справлюсь” он брался за любое, самое опасное дело.
В марте прижатые к горам боевики предприняли очередную попытку нанести удар федеральным силам в глубоком тылу. В Грозном были одновременно атакованы шесть блокпостов. В это же время в районе населенного пункта Алхан-Кала внутренними войсками проводилась специальная операция. Вновь отличились рядовой Александр Бузин и Джон. На их счету двенадцать противотанковых мин и четыре фугаса.
За пять месяцев командировки эта “сладкая парочка” обнаружила сотни затаившихся в земле смертей.
В начале мая рядовой Бузин был придан роте разведки воздушно-десантной дивизии. Опытнее его и Джона в подразделении не было.
Начались нелегкие рейды по тылам бандформирований в районе Бамута. Саша чувствовал, что в этих боевых порядках он — ведущий. По нему сверяют шаг остальные. В противном случае можно шагнуть и ненароком наступить на одну из тех двадцати мин, обнаруженных Джоном.
