Я только округлила глаза, даже не представляя, какой именно должна была быть работа, чтобы заставить Агента оказаться в инвалидном кресле. Пусть и на короткое время.
— Кира. Кира! — видя, что я не слушаю, более настойчиво позвал Руш. — Я тебя оставляю, пока ты делаешь, что нужно, но двери не закрываю до конца. Да, да, подожду с той стороны. Можешь ничего не говорить даже сейчас, слушать не стану. Как все сделаешь — позови. И не вздумай вставать сама!
Дождавшись, когда меня посадят на нужное место и помогут частично прибрать покрывало, я махнула рукой, чтобы Агент поскорее убирался из помещения. Еще немного, и я была готова лопнуть.
Пробормотав напоследок что-то типа: «еще немного испытаний для девичьей скромности», Руш прикрыл за собой дверь, оставив небольшую щель. С той стороны почти сразу послышались голоса. Кажется, агент разговаривал с хальпом по связи, но я за это не могла поручиться. Было совсем не до того.
А еще страшно хотелось вымыть голову.
Ташва провалялась несколько дней практически не приходя в себя. Первые две попытки очнуться я пресек лично, опасаясь, что от боли она просто взвоет, а потом уже ждал самостоятельных реакций организма.
За это время хальп сумел поправить некоторые настройки в своем процессоре и запустил основной модуль, но иногда бедняга подвисал, что говорило о необходимости срочного ремонта. Выслушав уже всю историю от пришедшего в относительную норму киборга, я так и не сменил пункт назначения, решив сперва подлатать хальпа. Вопросов было много, состояние ташвы пока не радовало, а время, кажется, нас не сильно поджимало.
Большая, сияющая огнями и вывесками станция, встретила нас шумом и изобилием предложений на любой вкус. Посоветовавшись и решив, что в официальную мастерскую ЦунХиТану являться не стоит, мало ли кто еще ищет этих двоих, я отправил киборга к одному из своих знакомых. Субъект был не то, чтобы надежный, но в чужие интересы предпочитал не встревать. И что не маловажно, считался высококлассным мастером в ремонте киборгов
Закинув в Поток пару наводок и крючков, которые могли бы мне потом помочь отыскать обидчиков ташвы, я сосредоточился на пополнении запасов челнока, с учетом потраченных медикоментов и наличия на борту хальпа. Мысль избавиться от него при первой возможности была отметена тогда, когда я окончательно убедился — Кира объект его охраны. А с учетом особенностей той ямы, в которую ташва угодила, его помощь может оказаться полезной.
Сигнал об изменении сердцебиения ташвы пришел через полчаса, как хальпу начали восстанавливать кожный покров. Поправив маску, я отправился в медотсек, чтобы не давать девушке поводов для паники. Еще более бледная на фоне медицинских простыней, девушка едва заметно двигалась под креплениями. Кажется, она пока не могла сориентироваться, где именно находится и что с ней приключилось.
Немного растерянная, уязвимая и хрупкая, ташва вызывала во мне странное желание защитить. И это, как ни странно, было вызвано не контрактом. Просто такая душевная сила, внутренний стержень в этом маленьком, по сути, очень хрупком создании, затронул что-то внутри.
Стоило ее темным глазам раскрыться, как я невольно улыбнулся. Видно, что воспоминания еще не вернулись полностью и девушке немного страшно, но взгляд прямой и строгий, словно это я чем-то провинился перед ташвой.
И этот ее румянец, совершенно неожиданный, но невероятно очаровательный. Мне казалось что подобные дамы, общаясь с огромным числом коллег и заказчиков, не самых деликатных людей, теряют способность краснеть где-то на седьмой минуте работы курьером.
Как оказалось, тут я был не совсем прав. Девушка отчаянно краснела и смущалась, стараясь при этом сохранить выражение невозмутимости на лице. Особенно позабавил момент с уборной. Это она еще не представляет, как ей придется мыться. А то, что кого-то желательно уже сегодня затянуть в душ, чтобы нормально смыть с кожи грязь и те мази, которые я наносил, девушка и не догадывается.
Оставив на пару минут ташву в относительном уединении, я связался с хальпом. Киборгу закончили наносить кожный покров на руку, поправив в механике то, с чем не смогу справиться мой дроид. Попросив киборга прикупить кое-что из одежды, так чтобы данные моего челнока не мелькали в заказе, постучал по приоткрытой двери уборной.
— Можно?
— Да, — хрипло отозвалась девушка.
Медленно, чтобы еще сильнее не пугать эту смелую девушку, я вошел в санитарную зону. Щеки ташвы пылали, словно я застукал ее за чем-то постыдным, вызывая невольную улыбку на лице и не самые целомудренные мысли. Как проказливому мальчишке, мне хотелось узнать, какие еще действия могут заставить ташву покраснеть.
— Обхвати мою шею, — убрав один из поручней, подхватывая ташу, кое-как завернувшуюся в покрывало, под колени, я остановился, повернувшись в сторону душевой кабины. — Помыться хочешь?
Ответом мне стал громкий мученический стон умирающего от жажды в двух шагах от источника.
