Маккалиф вернулся. Макдермотт «ошибочно» принял открытое окно в гостевой, за попытку вломиться в дом.
— Итак, мистер Таннер. Давайте начнем с момента появления ваших гостей.
И Джон Таннер, чувствуя постоянную раздвоенность, принялся излагать бурные события вечера. Берни и Лейла Остерманы, спустившись вниз, почти ничего не смогли добавить к его рассказу. Элис вышла из кабинета, но сказать она ничего не могла.
— Очень хорошо, леди и джентльмены. — Маккалиф встал.
— Вы не собираетесь опрашивать всех остальных? — Тоже встав, Таннер повернулся к капитану полиции.
— Я как раз собирался воспользоваться вашим телефоном. Мы должны соблюдать определенный порядок.
— Конечно.
— Дженкинс, свяжитесь с Кардоне. С ними мы увидимся в первую очередь.
— Да, сэр.
— А что относительно Тремьянов?
— Все по порядку, мистер Таннер. После того как мы поговорим с Кардоне, свяжемся с Тремьянами и лишь затем увидимся с ними.
— Таким образом, они не успеют переговорить друг с другом, верно?
— Совершенно правильно, мистер Остерман. Вы знакомы с работой полиции?
— Я каждую неделю пишу о ней.
— Мой муж — телевизионный сценарист, — сказала Лейла.
— Капитан, — обратился сидящий у телефона Дженкинс. — Никого из Кардоне нет дома. Я переговорил с горничной.
— Звоните Тремьянам.
Все присутствующие молчали, пока Дженкинс набирал номер. После коротких переговоров Дженкинс положил трубку.
— Та же самая история, капитан. Дочка сказала, что они не возвращались.
Таннер с женой остались бодрствовать в гостиной. Остерманы поднялись наверх; полиция отправилась на поиски исчезнувших пар. И Джон, и Элис были напряжены. Элис — потому что про себя она уже решила, что знает, кто убил собаку, а Джон не мог не думать о том, что кроется за этой смертью.
— Это был Дик, не так ли? — спросила Элис.
— Дик?
— Он угрожал мне. Он явился на кухню и начал мне угрожать.
— Угрожать тебе? — В таком случае, подумал Таннер, почему задерживаются люди Фассета. — Когда? Как?
— Когда они уезжали... Я не думаю, что он угрожал лично мне. В его словах была угроза, относящаяся ко всем нам.
— Что он сказал? — Таннер надеялся, что люди Фассета слышат его. Он хотел, чтобы им было все известно.
— Он сказал, что ты не должен выносить приговор. Журналистский приговор.
— Что еще?
— Что некоторые... некоторые люди, куда более находчивы, Вот что он говорил. И что я должна помнить: люди не всегда такие, какими кажутся... Что кое-кто куда более находчив, чем другие. '
— Он мог иметь в виду нечто иное.
— Должно быть, тут шла речь о больших деньгах.
— О каких деньгах?
— О том, что они с Джоем сделали вместе с Джимом Лумисом. То, чем ты занимаешься.
О, Господи, подумал Теннер. Смешалось настоящее и выдуманное. Он почти забыл свое вранье.
— Да, это большие деньги, — тихо сказал он, понимая, что ступает на опасную почву. Элис могла решить, что за разговором о деньгах что-то стоит. Он должен переубедить ее, предвосхитить се вопросы. — Но дело не только в них, как мне кажется, хотя их репутация потерпит непоправимый урон.
Элис не отрывала глаз от единственной лампы, стоящей на столе.
— Там, наверху... ты решил, что это сделала Лейла, не так ли?
— Я был неправ.
— Она в самом деле была по другую сторону холла...
— Это не играло никакой роли, и, когда мы поднялись наверх с Маккалифом, он согласился с нами. Кровь уже свернулась и засохла. Собака была убита несколько часов тому назад.
— Надеюсь, что ты прав. — Элис никак не могла отделаться от образа Лейлы, стоящей спиной к стене и прислушивающейся к разговору в кухне.
На часах было двадцать минут шестого. Они решили лечь в гостиной, куда выходили двери кабинета, чтобы быть поближе к детям.
В половине шестого зазвонил телефон. Маккалифу не удалось найти ни Тремьянов, ни Кардоне. Он сообщил Таннеру, что решил включить их в список пропавших лиц.
— Может быть, — быстро сказал Таннер, — они решили направиться прямо в город, в Нью-Йорк. — Упоминание этих фамилий в списке исчезнувших лиц может заставить «Омегу» уйти на дно, и кошмар будет продолжаться. — Некоторые из гостиниц в Нью-Йорке открыты всю ночь. Не торопитесь, они объявятся. Они же мои друзья!
— Не могу согласиться с вами. Ни одна гостиница не открыта после четырех часов.
— Они могли найти такой отель...
— Скоро нам все будет ясно. Первым делом бюро по розыску из «Метрополитен-полис» обращается в гостиницы и больницы.
Таннер лихорадочно пытался собраться с мыслями.
— А вы проверили окрестные городки? Я знаю несколько частных клубов...
— Мы тоже. Проверили все.
Таннер понимал, что он должен что-то придумать. Все что угодно — но чтобы у Фассета было время взять ситуацию под контроль. Его люди слушают этот разговор, он в этом не сомневался; и они тут же оценят подступающую опасность.
— А вы обыскали район вокруг старого вокзала? Того, что на Ласситер-роуд?
— Кого туда черт понесет? Чего ради?
— В среду я именно там нашел свою жену и детей. Так что подумайте.
Намек сработал.
— Я перезвоню, — сказал Маккалиф. — Проверим.
Когда он повесил трубку, Элис подала голос:
— Известий нет?
