— Те, кто скрывался около окон подвала, получили ранения. Один — весьма серьезное. В ногу. Относительно второго я не уверен, но Берни утверждает, что попал ему в грудь или плечо. Маккалиф отправился повидаться с Тремь-янами и Кардоне. Затем он будет мне звонить. Это может занять некоторое время, но он обязательно свяжется со мной.
— Ты сказал ему, что он должен искать?
— Нет. Ничего. Я просто попросил его проверить их версии относительно того, где они были. Вот и все. Я не хочу, чтобы Маккалиф делал какие-то выводы и принимал решения. Пусть этим занимается Фассет.
Нет, не Фассет будет этим заниматься, подумал Таннер. Теперь лишь он будет принимать решения. И больше никто. Когда придет время действий, он все расскажет Элис. В последнюю минуту. Поэтому, улыбнувшись ей, он обвил рукой ее талию и выразил желание освободиться от всех дел, чтобы снова заниматься с ней любовью.
Телефон зазвонил в десять сорок семь.
— Джон? Это Дик. У меня тут был Маккалиф. — Тремьян тяжело дышал в трубку, но старался сохранять спокойствие. Чувствовалось тем не менее что он с трудом держит себя в руках.
— ...Я представления не имею, что у вас там случилось. Предумышленное убийство, Боже мой! Да я и не хочу знать, но это больше, чем я могу вынести! Прости, Джон, но я забираю отсюда свою семью. Я заказал места в «ПанАм» на десять утра.
— Куда ты направляешься?
Тремьян не ответил. Таннер снова заговорил:
— Я спрашиваю тебя, куда ты направляешься?
— Прости, Джон... может, это звучит ужасно, но я не хотел бы говорить тебе.
— Думаю, что могу понять тебя... Хотя сделай нам одолжение. Навести нас по пути в аэропорт.
— Не могу обещать. Пока.
Таннер так крепко сжимал трубку, что сейчас еле разжал пальцы. Он набрал номер полиции Сэддл-Уолли.
— Полицейский участок. Сержант Дейл.
— Капитана Маккалифа, пожалуйста. Говорит Джон Таннер.
— Его здесь нет, мистер Таннер.
— Можете ли вы найти его? Это очень срочно.
— Попробую связаться с ним по рации. Вы будете ждать?
— Нет, просто попросите его как можно скорее связаться со мной. — Таннер дал свой номер телефона и отключился. Маккалиф, скорее всего, едет к Кардоне. Он должен вот-вот оказаться там. Скоро он позвонит. Таннер вернулся в гостиную. Ему нужно было, чтобы Остерманы расслабились.
Это было частью его плана.
— Кто звонил? — спросил Берни.
— Дик. Он слышал о том, что тут случилось... Он берет свою семью и уезжает.
Остерманы переглянулись.
— Куда?
— Не сказал. У них билеты на утренний рейс.
— Он не сказал, куда едет? — Берни небрежно поднялся, но не мог скрыть свою обеспокоенность.
— Я тебе сказал. Он не захотел мне говорить.
— Ты не это имел в виду. — Остерман смотрел на Таннера.— Ты сказал: «не захотел». Это совсем не то, что просто «не сказал».
— Думаю, что... А ты по-прежнему считаешь, что мы должны отправляться в Вашингтон?
— Что? — Остерман посмотрел на жену. Она не слышала вопроса Таннера.
— Ты все же считаешь, что мы должны ехать в Вашингтон?
— Да.— Теперь Берни смотрел на Таннера. Уверен в этом больше, чем когда-либо. Ты нуждаешься в защите. В подлинной защите... Они пытаются убить тебя, Джон.
— Вот это меня и удивляет. Я пытаюсь понять, меня ли они пытаются убить.
— Что ты хочешь этим сказать? — Лейла, встав, повернулась к Таннеру.
Зазвонил телефон.
Вбежав в кабинет, Таннер сорвал трубку. Это был Маккалиф.
— Слушайте, — тихо сказал Таннер. — Я хочу, чтобы вы точно описали мне — только точно! — как вел себя Тремьян во время разговора с вами.
— Он был у себя в кабинете.
— Где именно в кабинете?
— Сидел за столом. А что?
— Вставал ли он? Прохаживался ли по комнате? Например, встал ли он, чтобы пожать вам руку?
— Нет. Кажется, что нет. Нет, он не делал этого.
— А как его жена? Она впустила вас?
— Нет. Горничная. Жена Тремьяна была наверху. Она себя плохо чувствует. Мы проверяли, она в самом деле вызвала врача.
— Хорошо. Теперь расскажите мне о Кардоне. Где вы их обнаружили?
— Первым делом я поговорил с его женой. Меня впустил один из детей. Она лежала на диване, а ее муж был в гараже.
— Где вы говорили с ним?
— Я же сказал вам. В гараже. Но сразу отловить его мне не удалось. Он собирается ехать в Филадельфию. Его отец тяжело болен. И от него требуется, чтобы он обязательно присутствовал.
— В Филадельфию?.. Так где же на самом деле он был?
— Да в гараже, говорю я вам! Он сложил вещи. Он уже сидел в машине. И сказал мне, чтобы я поторапливался. Он хотел уже трогать с места.
— То есть он сидел в машине?
— Именно так.
— Это не показалось вам странным?
— С чего бы? Ради Бога, у него отец умирает! И он сгорал от нетерпения скорее отправиться в Филадельфию. Я все это проверю.
Таннер повесил трубку.
Маккалифу не удалось увидеть ни одну из этих пар в нормальных условиях. Никто из них не стоял, никто не сделал ни шагу. У обоих были веские причины не оставаться дома в воскресенье.
Тремьян, сидящий за столом, испуганный и неподвижный.
Кардоне в машине, думающий только о том, чтобы скорее уехать.
Один из них или оба ранены.
Один или, может быть, оба — «Омега».
Время шло. Дождь кончился, и это упрощало дело, хотя все деревья были мокрые.
