Роман «Звук шагов в порывах ветра» является заключительной частью тетралогии – саге о семействе Фертовских-Зориных. Действие романа происходит спустя почти два с половиной года после последних событий, описанных в книге «На грани доверия». Семья профессора Фертовского жаркие июльские дни проводит на отреставрированной фамильной усадьбе. Но идиллическую дачную картину нарушает приезд сына профессора – Николая, который случайно увидел на столичной выставке мужских украшений аграф, когда-то украденный вместе с коллекцией его отца. Начинается расследование. А тут ещё и в Беляниново у соседа Зориных обнаруживаются пуговицы-бляшки, точно такие же были в коллекционном гарнитуре Фертовского-старшего – его дяди. Параллельно развиваются события и в семье Данилевских. Чей злой гений так виртуозно ссорит молодых и вынуждает их едва ли не подать на развод? Ответы на все эти вопросы читатель получит, прочитав роман «Звук шагов в порывах ветра».
Глава 1
В дверь тихо поскребли, затем ещё раз и ещё. Минут через пять послышался скулёж.
– Ну, иду-иду, – сонно отозвалась Мира, села на кровати, одним глазом посмотрела на часы, находящиеся на прикроватной тумбочке. – Ох, ты! – поняла, что погулять с Беней толком и не удастся, только быстро его вывести и обратно. В противном случае они не успеют в аэропорт.
– Димка-а-а! – Мира дёрнула одеяло. – Вставай! – крикнула уже у двери спальни. Беня от нетерпения подпрыгивал и визжал. Мира, вовремя и плотно закрыв дверь, не пустила пуделя в спальню.
Данилевский что-то пробурчал, продолжая спать, повернулся на бок, подоткнул под себя одеяло. Вообще-то рано вставать в законный выходной – просто преступление.
Мира вышла во двор.
– Бенджамин, у тебя ровно семь минут, – сказала она псу, тот, словно поняв хозяйку, радостно закивал и весьма резво смылся в конец двора за большой кустарник.
Мирослава подняла голову к небу. А воскресное утро в столице было чудесным. В летнем мегаполисе, привыкшем ложиться спать весьма поздно, раннее утро казалось особенно прекрасным – тихим, безмятежным. Ни шума автомобилей, ни спешащих прохожих. Только залиты солнцем окна да мигают светофоры. Такая кротость, правда, ненадолго. Вот уже проскочили первые две иномарки. Вслед за ними, прибивая летнюю пыль, заработала поливальная машина.
– Данилевский, ты ещё в постели? – Мира появилась в спальне с зубной щеткой в руках, пудель поел и теперь возил пустую миску по полу. Ему всегда казалось, что еды дают слишком мало. – Беня, хватит греметь миской, а тебе, драгоценный мой муж – хватит спать! – она схватила одеяло и откинула его в сторону. Дима открыл глаза, посмотрел на жену.
– Ты особенно красива в зубной пасте, – улыбнулся. – Иди ко мне.
– Ты меня не слышал? – возмутилась Мира. – Посмотри на часы. Если через десять минут мы не выйдем из дома, то не успеем встретить наших. До аэропорта ехать и ехать. А ты всё ещё в кровати. Меня удивляет твоё легкомыслие, – она, проигнорировав протянутую мужем руку, покачала головой и ушла.
– Встаю-встаю, – Дима спрыгнул с кровати, через секунду был уже в ванной комнате. – Я быстро, – сказал это уже из душевой кабинки. Тут же высунулся из неё, – могла бы и поцеловать. – В этот момент в ванную комнату сунулась собачья голова.
– Кого поцеловать? – уточнила Мира и кивнула в сторону собаки.
– Обоих, – засмеялся Данилевский. – Хотя, нет, только меня. Я красивее и чистоплотнее. Беня, кыш отсюда, – крикнул он, голова пса тут же исчезла.
– Это спорное утверждение, – Мира собрала на затылке в хвост свои длинные пушистые волосы, перетянула их резинкой, посмотрела на мужа – он бодро растирался полотенцем.
– Это аксиома, – Дима отбросил полотенце в сторону и притянул Миру к себе. Поцеловал в губы, сначала едва касаясь, затем страстно.
– Э-э, что ты надумал? – возмутилась она, почувствовав его возбуждение, но на поцелуй ответила.
Из дома выскочили оба раскрасневшиеся и на полчаса позже, чем планировали. Данилевский надел очки, пристегнулся, быстро выкатил автомобиль со двора.
– Дим, не гони так, – Мира тревожно смотрела на дорогу.
– Мы основательно опаздываем, – он обогнал сразу два автомобиля.
– Во-первых, не надо было так долго спать, я тебе говорила вставать, – Мира посмотрела на мужа.
– А во-вторых? – он хитро прищурился и растянул губы в многозначительной улыбке.
– А во-вторых, смотри на дорогу, – Мира показала ему язык. Прошло два с половиной года, как они поженились. За всё это время они ни разу не поссорились, точнее, с Данилевским это просто не получалось. Он был невероятно терпелив и спокоен, спорные вопросы решал мудро и рассудительно, к капризам Миры относился с пониманием или с иронией. Несдержанность его проявлялась лишь в одном – он всегда желал свою жену, по-мальчишески её поддразнивал и подтрунивал.
– Так я смотрю, – пожал плечами и опять улыбнулся. Нашёл руку Миры и быстро поцеловал её в ладонь.
В аэропорт всё-таки опоздали, Всеволод с супругой уже ждали их с багажом. Как назло, рейс не задержали, и самолет прилетел вовремя. Всеволод увидел брата первым, поднял на лоб тёмные очки.
– Мамочка, – крикнула Мира и побежала. Она не видела маму почти два года, с того момента, как та вышла замуж за Севу и тот новоиспечённую жену почти сразу увёз за границу. На реабилитацию. На самом деле, причина была не только в этом. Всеволод понимал, какова будет реакция их с Димкой матери на такое известие – его женитьбу на матери Мирославы. Рано или поздно она, конечно, узнает. Но пусть будет поздно, как можно позднее. Она так и не смирилась с браком младшего сына, а выбор старшего – Сева и думать об этом не хотел. Поэтому отъезд был поспешным и надолго.
Мать и дочь обнялись. Затем Дима обнял тёщу и невестку в одном лице. Как только Сева женился, они на эту тему сразу начали шутить. Анна Андреевна попросила зятя и дальше называть ее «мамой Аней».
