На другой изображён боевой вертолёт Ка-78, закладывающий вираж над колонной бронетехники. Судя по всему, он выходит на боевой взвод и вот-вот откроет огонь.
-Плазменная пушка, экипаж один человек, экспериментальные модели гасителя инерции…
Бормотание Совника стихло, перейдя в неразборчивый лепет. Глаза стали круглыми. Он знал об этой машине практически всё, что только можно было о ней знать. Новейшая вещь, всего 10-ть экземпляров выпустили. Секретность с этой моделью такая связана, что к ремонту машин, допускали только после сканирования сетчатки глаз и отпечатков пальцев. Причём процедура обязательна даже для персонала, отработавшего в ангарах чуть ли ни всю жизнь. И обмануть её невозможно – перед глазами вспыхнул образ двери и сканер, пылающий красной надписью «в доступе отказано!». А он так надеялся, готовился, даже рискнул – раздобыл запрещённую модель внешнего кодировщика, позволявшего взломать любой сканирующий замок. Едва не попался в том ангаре, а срок за такие шутки влепить могли не малый…, Совник ощутил, как взмокла спина. Он отшвырнул газетные листки и поспешно встал на ноги, едва не навернувшись со стула.
Воспоминание поблекло и растворилось в глубинах сознания…, то, что случилось в городе, не случайность, ни бред воспалённого сознания – он действительно помнит мир до войны???
-Какого хрена происходит? – Прохрипел Совник. Со лба скатилась капелька холодного пота.
Против фактов не попрёшь. А они удивительно странные. Он помнит мир до войны и, видимо, жил там, был вхож в военное сословие…, а война закончилась лет 50 назад, это прям самый минимум. А если смотреть трезво на это всё, то прошло лет восемьдесят или больше.
Ему же не больше 30-ти лет. Собственно, после знакомства с сыном Михи, он сомневался, что ему и 30-ть есть. Скорее всего, он старше парня лет на пять, не больше.
И как же это всё понимать?
Когда скрипнула дверь, и в комнату вошёл Алек, местный Голова, Совник был так рад его приходу, то чуть не обнял. Но, конечно, сдержался – Алек на него так глянул из-под кустистых бровей, что радость от рассеивания мыслей тяжких, так же рассеялась.
-Присаживайся. – Предложил он Голове, указав пальцем на стул.
-…. – Буркнул нечто не понятное Алек.
-Что?
-Спасибо говорю. – Сел, помолчал и проворчал. - Чужак ты.
Совник не ответил, как бы это очевидно, но к чему сие сказано?
-Я с людьми про тебя не говорил ещё, но… - Голова сморщился так, что борода дыбом встала. Совник понял без пояснений – народ будет только за. А вот Алек, почему-то, не желает его видеть в своём селе. Он вдруг перестал морщиться и тяжко вздохнул. – Ты пойми Совник…, имя-то ты себе выбрал, прям не знаю…, ты пойми, я буду счастлив, если наши люди гибнуть перестанут. Если хотя бы меньше их погибать будет, я уже от счастья сам не свой буду. Всё ж село – одно название от нас и осталось. Половина домов пустует. Нет семьи, в которой кто-то не умер бы за пять последних лет. Понимаешь? – Он вдруг треснул кулаком по столу. – Нет семьи, в которой кто-то умер своей смертью за пять лет! Ты понимаешь чужак? Ты представляешь себе это? Я бы рад, но…
В ушах вдруг послышались слова Вари – о дочери головы, которую постигла кошмарная участь. Совник понял, в чём проблема и даже разочарованно покачал головой. Давно пора было сообразить и ожидать именно такого разговора. Алек хочет для своего селения лучшей доли, но он уже сталкивался с такими людьми, как Совник, и кончилось это тем, что его дочь теперь, скорее всего, мертва.
-Моей клятвы будет недостаточно?
-Недостаточно. – Рыкнул Алек. – Нельзя вам верить. Вы слишком сильны, что бы исполнять свои обещания. Князь и дружина – будь их тогда вдвое больше, не смогли бы мы отбиться…
Он замолчал, опустив взгляд – речь шла о нападении бродячего князя, закончившегося гибелью его дочери. И гибелью многих других. Алек боялся, что всё повторится.
-А если князь и дружина, не будут чужими вам?
-Это как? – Подозрительно прищурился Алек.
-Те, кто придут, получат право обзавестись здесь семьями – если захотят. А часть моей дружины, будет состоять из ваших людей. Я обучу их, и они составят половину отряда. И если я уйду, они не уйдут точно. А если вдруг чужаки из дружины, решат на вас напасть – половина дружины, встанет на их пути.
-Хм… - Алек задумался. Стал бороду подёргивать и в пальцах мять. На него смотрит с прищуром. Судя по всему, о таком он и не думал. Что неудивительно. Если Совник всё понял правильно, нынче в мире, боевые отряды, эти самые князья и дружины, преимущественно приходят откуда-то. Обычно они не выходят из числа поселковых жителей. Возможно, они и вовсе давно образовали нечто вроде самодостаточной касты. Либо это вовсе сброд, из разных посёлков, решивших отправиться на поиски приключений и добычи. Случаи, когда князья и дружинники выходили из сёл, были так редки, что Алек о том и не думал.
-Я вообще думал, что ну, наших молодых, ты просто учить будешь. Князь обязан как бы, но…
