Далеко внизу зияла пустота, небо выставляет только черноту среди туманных разводов. Ветер швыряет его из стороны в сторону. Нужно следить за направлением полёта, чтобы тот не урвал его в сторону и не отнял драгоценное время.
И он чувствовал как позади летит Шайло, неотступно устремляясь за ним. Силы их обоих напряжены до предела. Люмен кинулся в сторону, уходя в опасное скольжении, Шайло не так опытен в управлении полётом. Но тот последовал за ним не отстав ни на секунду.
Только сейчас один понял, что недооценил второго. Расстояние между ними катастрофически сокращалось. Когда Люмен понял, что сейчас Шайло настигнет его — прекратил полёт и развернулся. Запасов кристаллической жидкости, что питала костюмы, оставалось не много.
Остановился и Шайло, зависнув в воздухе напротив, ветер рвал волосы застилая глаза. У Люмена не было времени молчать.
— Шайло!..
Но тот не дал договорить ему.
— Именем Императора я приказываю тебе немедленно сдаться и вернуться в Небесный Чертог. Надейся на милость Его и возможно ещё получишь прощение.
— Не мешай мне! — закричал в ответ второй. — Ты сам не знаешь для чего я делаю это!
— Повторяю: отступись от задуманного. Я не дам тебе сделать это.
— Ты не знаешь! И собираешься останавливать меня?! — в ярости взревел Люмен.
Лицо Шайло осталось непроницаемо ледяным. Серые глаза смотрели жестко и без попустительского милосердия, коей он так часто допускал к Люмену. Шайло приготовился. Нет, больше эта ошибка не свершится.
— Идёшь против Его воли? — закричал он перекрикивая неистовый ветер.
Люмен напрягся, запасов становилось всё меньше.
— Да.
Глухой ответ улетел в ночь. И вызов в глазах. Шайло всё понял. Понял и Люмен.
— Ты не посмеешь! — вскричал Люмен и:
уже тише.
— Ты не сможешь.
— Шайло…
В нём вмиг отразилось неверие, страшно слившееся с детским удивлением в на вмиг изменившемся лице.
— Это моё последнее предупреждение. Остановились или будешь свержен.
— Шайло!
И прокричал тут же.
— Собираешься усыпить меня?!
— Этого мне не приказывали.
— Тогда что?
— Остановить.
— А если бы Он приказал тебе усыпить меня? Шайло?!
— Я повинуюсь воле Создателя.
Шайло выхватил оружие и выстрелил в отсек с кристаллической жидкостью. Крик оборвался, когда Люмен полетел вниз. Резко он включил накопление света для топлива. Но того было так мало. Костюм только успел осветиться, а он всё падал светлым пятном на чёрном небе. И со страшной скоростью летел вниз, когда не видел земли. Его затянуло в водоворот и швыряло в сторону как тряпичную куклу. Люмен успел только перевернуться лицом к небу и увидеть абрис туманности, когда всё вдруг потушил сокрушающий удар. Всё исчезло, тело, помыслы, свет всё блек.
Последнее, что он видел, как Шайло стал высоко над туннелем и лишь на миг задержался взглядом над пропастью шахты. А потом взял тяжёлую крышку люка и задвинул её. Тьмы становилось всё больше, остался тонкий серп призрачного света.
Всё исчезло.
«Тьма — долина её.
Мрак — вожделение.
Силы разрушения и хаоса в дикой пляске сливаются, когда ступает она по раскалённому небу и шепчет в притихшие костры.
Она — мать всего отверженного.
Она — проклятие живущим.
Остерегайся властительницы хаоса. Ибо всегда знает, что желает. И всегда порождает пепел. Мать обмана, хитрости и коварства, умна и жестока, не ведающая пощады. Имя ей — Разрушение. Удел — борьба»
«Слышишь.
Я, так или иначе, приду за тобой.
Дитя моё, не бойся.
Мать хаоса позаботится о тебе. Раз уж быть хаосом — так не отказывать себе ни в чём»
Тьма, глухота. Тьма обволакивает и проникает внутрь, затягивая как в кокон, всё глубже и глубже. Темнота вливается через рот, наползает через глаза и стягивает руки тугими верёвками.
Падение.
Больше он ничего не помнил, не мыслил, не видел. Только бесконечное ощущение падения и немой крик:
Предатель!
Шайло, я пал. Шайло. Вспыхнувший образ, лицо брата, закрывающего люк и серп блеклого света. Глухой скрежет. Тьма.