– Жив, но похоже лечение Кристобаля отняло у него слишком много сил, а у магов это сильно завязано на физическом здоровье. Отрезание доступа к магии – это уже сильное потрясение для волшебника. А в его состоянии это привело к шоку, – вынес свой вердикт Алькон. И немного поколебавшись добавил. – Лучшим лечением для него было бы снять браслеты. Он бы уже через несколько минут пришел в норму. А так… думаю, что он все же оклемается, нужно только дать ему время восстановить силы. И лучше пусть он пока побудет без сознания. Сейчас я ему руку только перевяжу.
– Я так и знал, что умер и попал во тьму, – прошептал он.
– Я тоже рад тебя видеть в добром здравии, – усмехнулся Алькон. – С возвращением! Как ощущения?
– Тьма! – он попытался подняться, но без сил упал обратно на траву. – Если бы я умер, мне было бы намного лучше.
– Выпей.
С`Нивелл скривился еще сильнее, но выпил. Результат не замедлил сказаться, щеки у него слегка порозовели. Он зашевелился, с трудом встал на колени. Помотал головой, постояв так пару секунд, покачнулся и едва не упал, его успел подхватить Алькон.
– Пойдем к реке, вымоем наконец твои руки и посмотрим что там у тебя, – вздохнув, произнес Алькон. – Эвор, помоги.
Поддерживая едва стоящего на ногах пленника, мы дотащили его до реки. Алькон размотал окровавленную тряпку с покалеченной руки. Я содрогнулся. Ладонь выглядела ужасно, будто с нее содрали кожу, а находящиеся под ней мышцы изрезали острым ножом.
– Первый раз такое вижу. – Алькон удивленно покачал головой. – Но как бы там ни было, надо промыть хорошенько, потерпи.
С этими словами он опустил руку в воду и тщательно смыл золу, грязь, кровь, не обращая внимания на кусающего губя от боли пациента.
