— А какая нам от этого выгода? — поинтересовался сидевший справа от фон Дисбаха швейцарец, представитель кантона Цюрих, Герхард Цвингель. — Вы хотите с нашей помощью отвоевать свои земли, но это Ваши земли, а не наши. Зачем нам воевать за Лотарингию?
— Да поймите вы наконец, — запальчиво воскликнул молодой лотарингский герцог, — кантоны находятся в состоянии войны с Бургундией. Карл Смелый, несмотря на поражения под Грансоном и Муртеном все ещё является обладателем сильной армии, одной из самых сильных в Европе. Сегодня вы победили, а что будет завтра? Карл не оставит своих надежд покорить швейцарские кантоны, он будет стремиться покорять один кантон за другим. Война будет длиться бесконечно, несмотря даже на помощь, которую вам оказывает французский король. А объединившись вместе, мы дадим отпор Карлу, навсегда отбив у него охоту воевать с нами. Кроме того у вас появиться благодарный сосед в моем лице. Насколько я осведомлён, — добавил к своей пламенной речи Рене, у кантонов есть ещё один серъезный противник на юге — Савойский герцог, союзник герцога Бургундии. После разгрома Карла Смелого, он уже будет не страшен федерации.
— У Вас большая армия? — поинтересовался Цвингель.
— На данный момент я имею пять тысяч человек, но к концу года моя армия будет насчитывать восемь тысяч человек. Мои доверенные люди занимаются набором наёмников в германских землях. Я прошу дать мне возможность навербовать храбрых швейцарских солдат в свою армию. Их услуги будут щедро оплачены.
— Какие будут мнения? — спросил Дисбах у своих соратников. — Будем оказывать поддержку герцогу Лотарингии Рене II?
— Кантон Ури готов оказать помощь, — отозвался представитель этого кантона.
— Кантон Ундервальден поможет, — сообщил средних лет швейцарец со шрамом через все лицо.
— Швиз за поддержку, — выступил представитель лесного кантона.
— Цюрих выделит солдат, — сказал Герхард Цвингель.
— За поддержку Лотарингии, — выступили представители кантонов Гларус, Люцерн, Зуг, Фриборг и Солотурн.
— Берн присоединяется к мнению кантонов Швейцарской конфедерации об оказании военной поддержки и помощи герцогу Лотарингии Рене II, — встал с места Лютер Дрейер. За ним встали все представители кантонов.
— Благодарю вас, — слезы радости наполнили глаза молодого герцога. — Мы будем верными союзниками.
— Уважаемый герцог, — сказал Никлаус фон Дисбах, — мы просим Вас быть нашем гостем и принять участие в праздновании нашего соглашения.
Алексей не смог зайти через три дня к профессору Горскому как обещал. Он сильно простудился, температурил, кашлял и был вынужден сидеть дома.
Но старый профессор решил сам навестить своего любимого ученика, вспомнив пословицу — если гора не идёт к… Появлению в своей холостяцкой квартире Евгения Анатольевича, Алексей очень обрадовался.
— Извините меня, профессор, что не смог к Вам зайти, — промямлил Алексей, — заболел.
Он помог профессору раздеться и предложил выпить чая.
— От чая не откажусь, — сказал Горский, — а ты выпей чай с малинкой, очень помогает. На вот возьми баночку, сама Ольга Николаевна приготовила. По себе знаю, когда хандрю, лекарства не принимаю, только все натуральное — малинка, мёд, а нос между прочим надо соком из лука закапывать, — добавил профессор. — Очень помогает.
— Евгений Анатольевич, откуда вы узнали о моей болезни, — удивился Алексей. — Ведь я Вам не звонил.
— Все просто Ватсон, как говорил великий сыщик Шерлок Холмс, — продекламировал профессор Горский, — позвонив в твою школу, разумеется представившись, я выяснил, что ты взял на три дня больничный. Оба дружно рассмеялись.
Выпив чаю, они приступили к беседе. Анализ, сделанный другом профессора, показал, что пластина изготовлена из высококачественной стали, из которой выковывались мечи и кинжалы. Клеймо мастера отсутствует. При более тщательном и внимательном осмотре пластины, профессор по обеим сторонам герцогской короны заметил две небольшие латинские буквы — P и G.
— Так вот, Алексей, эти буквы означают инициалы герцога Бургундии Филиппа Доброго — Ф и Д , — сообщил Горский, — да и анализ состава пластины подтвердил дату изготовления — середина XIV века. Сам понимаешь точно год определить невозможно. Филипп Добрый правил с 1419 года по 1467 год и наследовал своему сыну Карлу Смелому — последнему герцогу Бургундии. Да и вот ещё такой ньюанс, в одном из углов пластины видна римская буква I. Возможно это означает, что это первая пластина и существует вторая, третья, а может быть и ещё несколько. Вот так то. Ты, пожайлуста, порасспроси владельца пластины, может быть у него есть какие-либо данные. — попросил он и добавил, — все это очень интересно, чувствую здесь кроется тайна. Если не возражаешь, пусть пластина побудет пока у меня, я хотел бы ещё кое с кем посоветоваться. А ты как поправишся — сразу ко мне…
Шура Смычков. Двумя днями позже.