У нее нет определенной формы, у нее нет постоянного места — дхарма вечно движется, принимая всевозможные формы. Вы не сможете найти ее ни в одной форме, ни в одном теле, ни в одной позе. Вы должны заглянуть внутрь себя и обнаружить ее в пустоте — ведь пустота не может сесть, не может встать, не может лечь. Пустота — это лишь пустота. Она вечно пуста. Единственная вечная вещь — ваше пустое сердце.
Говорить без обиняков, называть вещи своими именами — прерогатива дзэн. Ни одна иная религия не отважится на это.
Перед смертью Гаутама Будда говорил своим ученикам: «Не делайте из меня статую — из-за этого у людей сложится обо мне неверное впечатление. Они будут считать, что, сидя в такой позе, они смогут стать буддой».
Но кто его послушал? В наши дни статуй, изображающих Будду, больше, чем каких-либо иных. Знаете ли вы, что на арабском, персидском и урду (а последователи Магомета — противники статуй) слово «будт» означает «статуя». «Будт» для них то же, что и «Будда». «Будда» имеет санскритский корень «буддх». А «буддх» очень просто превращается в «будт».
Это произошло потому, что последователи Магомета встречали на своем пути больше статуй Будды, чем каких-либо иных статуй. И они уничтожали статуи, где бы ни встречали их. Они уничтожали прекрасные произведении искусства — быть противником статуй вовсе не значит, что нужно разрушать их.
На этом примере вы можете убедиться, как бессознательный ум бросается от одной крайности к другой. Гаутама Будда сказал: «Не делайте из меня статуи — из-за этого у людей сложится обо мне неверное впечатление. Они будут считать, что, сидя в такой позе, они смогут прийти к осознанию. Оставьте все, как есть, — осознание не имеет формы, его нужно найти в себе. Осознание не отыщешь в статуе будды. Не отвлекайте людей статуями — ведь ум так легко отвлечь, он может привязаться к чему угодно…»
Когда-то мне рассказали историю об одной буддийской монахине, у которой была собственная маленькая статуя Гаутамы Будды, отлитая из чистого золота. Путешествуя из монастыря в монастырь, она носила ее с собой. И у нее вечно возникала одна и та же проблема: поклоняясь собственному будде, она возжигала перед ним благовония, но дым невозможно направить в одну сторону, и он разносился по всему храму, где находились другие будды. Разве можно было с этим смириться? Ее будда сидел рядом с ней, а дым, предназначенный ему, достигал другого будды!
Тогда во многих храмах (как иногда и сейчас) стояло много статуй Будды. А монахиня настолько привязалась к собственному будде, что для нее это стало настоящей проблемой: ее будда и все остальные будды…
Но вскоре она нашла способ сделать так, чтобы дым достигал ноздрей лишь ее собственного будды. Она сделала из стебля бамбука трубочку и держала ее так, что дым от благовоний поднимался к носу ее будды.
Но тут возникла другая проблема: нос ее будды почернел. Она не на шутку расстроилась — ее будда, ее, отлитый из чистого золота, будда — с черным носом! Он стал похож на негра!..
Она обратилась за советом к старому монаху: «Что мне делать? Если я не буду приставлять трубочку из бамбука к носу своего будды, дым благовоний улетит… неизвестно куда. Он разлетится ко всем буддам, но ведь я жгу благовония для
Старый монах ответил ей со смехом: «Женщина, да ты просто глупа! Ты не понимаешь той простой истины, что все будды — лишь один-единственный будда. А все учение Будды сводится к разрушению привязанности.