полностью

Все верно — Будда показал, что твоя привязанность делает тебя грязной. Остерегайся этого! Отправляйся к ювелиру и попроси его, чтобы он отчистил и отполировал твоего будду. Но с этого дня думай лишь о Будде. Каждый будда, окуренный твоими благовониями, заслужил этого. И ты должна быть счастлива, что дым, поднимающийся от твоих благовоний, достиг не одной статуи — ведь все они являются изображением лишь одного человека».

Буддисты, последователи Будды, не услышали последних слов своего учителя: «Не делайте из меня статуи. Пусть я останусь символом того, что не имеет формы, — не цветок, а лишь его аромат».

Но существует еще одна крайность. Магомет был против статуй, так как, поклоняясь статуе, ты поклоняешься… камню. А камень — это барьер на пути к Богу. Все барьеры должны быть снесены.

Устранять барьеры — полезное стремление, но последователи Магомета стали сносить чужие барьеры, они позабыли о Боге. Вся их история — это история разрушения статуй.

Ни воздвижение статуй, ни их разрушение не приблизят нас к будде вам следует обратить свой взор вовнутрь. Снаружи нет ничего вечного и бесспорного — там вы не найдете истины, способной утолить вашу жажду.

Досидеться до того, чтобы стать Буддой, — значит убить Будду. Привязаться к сидячей позе — значит не суметь постичь саму суть учения.

Суть никогда не бывает объективной; это твой субъективизм. Суть не имеет формы; это абсолютная пустота. Суть — это лишь зеркало; зеркало только отражает, не вынося суждений ни о добре, ни о зле, ни о красоте, ни об уродстве.

Ци Синь писал:

Это так же относится к вам, как и к ученикам Ци Синя. Во мне скрыты возможности; это видно сразу. Это не какое-то экзотическое явление. Просто закройте глаза и в безмолвии загляните вглубь — вы найдете это. Оно находилось там вечно и просто ждало, когда вы вернетесь домой.

Маниша спрашивает:

Наш любимый Мастер!

Все ли мы, все десять тысяч будд, являемся потенциальным вместилищем дхармы?

Маниша, потенциальным вместилищем дхармы может быть каждый без исключения. Потенциальными возможностями — теми же высшими взлетами сознания, что и будда, — обладает каждый. Но ты должна погрузиться вовнутрь, чтобы найти там свои сокровища. Снаружи — ты нищая. Каждый из нас нищий снаружи.

Александр Великий пришел в Индию как раз через три столетия после смерти Будды. Он хотел найти там какого-нибудь просветленного мастера. Слава о Будде достигла даже Греции и Афин.

Учителем Александра был отец западной логики — Аристотель. Аристотель сказал ему: «Ты собираешься завоевать весь мир. Отправляйся в Индию. Я не хочу никаких даров, просто постарайся встретиться с просветленным мастером. Я слышал о них, но мне это не понятно. А главное, поскольку я логик, я не могу принять ничего на веру — если это не доказано и не подтверждено свидетельствами».

Возвращаясь назад, Александр не забыл, что он должен найти мастера. Он стал расспрашивать людей, и те сказали ему: «Это очень трудно. Даже если тебе удастся найти мастера, вряд ли он согласится отправиться с тобой в Грецию». Александр же подумал: «Не беспокойтесь об этом. Если я собираюсь принести в дар Греции Гималаи, то с этой задачей справлюсь и подавно!»

Наконец он нашел мастера. Люди сказали ему: «Да, есть один просветленный человек. Он живет голый на берегу реки».

Александр нашел этого человека и, приблизившись к нему с обнаженным мечом, сказал:

— Я хочу, чтобы ты следовал за мной. Тебя ждет царский прием. Ты будешь жить, где пожелаешь. Ты будешь царским гостем, так что не беспокойся ни о чем. Я лишь хочу, чтобы ты отправился со мной в Грецию. Мой учитель желает увидеть просветленного человека.

В ответ старец расхохотался и сказал:

— Во-первых, вложи свой меч в ножны — так не встречают мастера. И сойди с лошади на землю!

Александр прежде никогда не слышал такого властного тона особенно от голого человека, у которого нет за душой ни гроша.

А старец продолжал:

— Помни, что ты можешь завоевать весь мир, но при этом остаться нищим. Сейчас ты упрашиваешь меня отправиться с тобой в Грецию. Но я уже пришел к той точке, где движения не существует. Я никуда не двигаюсь, я никогда не двигался. Я всегда был здесь и сейчас. Время остановилось, ум остановился…

— Я отрублю тебе голову, если ты не сдвинешься с этого места! — в гневе закричал Александр.

— Это хорошая мысль, — ответил ему старец. — Ты сможешь забрать мою голову с собой, но я останусь. И помни, отрубив мне голову, ты будешь наблюдать, как она падает на землю, и я тоже буду наблюдать. Нам известен этот секрет — наблюдать.

Очень трудно отрубить голову человеку, который этого совсем не боится. И Александр сказал: