0,5 [litres] полностью

Выехали на ту самую дорогу, вдоль которой совсем недавно пробегал Андрей. Водитель рулил как-то нехотя – неспешно объезжал многочисленные ямы. Эти двое шли навстречу. В тот миг, когда машина почти поравнялась с ними, Андрей столкнулся глазами с парнем, который чуть не настиг его полчаса назад. Он оскалился, обнажив кривые желтые зубы, нагло пялясь. Андрей же показал ему средний палец, прижав руку к стеклу. Водитель лишь недоуменно наблюдал за происходящим.

Так вот он какой – целевой потребитель.

Дни катились. Один спотыкался о другой. С этого вечера что-то в броне Андрея проломилось, защитные пластины уперлись осколками в грудь. Когда только начинало затягивать в водоворот – он противился, цеплялся, боясь разоблачения так, что с трудом спал ночами. Втянуло – думал лишь о безопасности, о том, как бы быстрее заработать достаточную сумму, чтобы выйти из дела, в которое и наступил-то только одной ногой. Теперь вот, столкнувшись лицом к лицу с угрозой, тревог стало меньше. Ополовинились. Удалось улизнуть. Выжил. Он собирался закончить, вот-вот, но уже неделю откладывал это решение, понимая при этом, что кладмены долго не гуляют на воле. Понимая, что вырванный кусок всегда будет казаться недостаточным, когда можно ухватить больший, ведь он же – совсем рядом. Отстраненно наблюдал, как сама собой растет сумма на счете. Кем он будет, когда закончит? Он ничего не умеет, ни к чему не стремится. Такие, как Андрей, не имеют никаких жизненных приоритетов и целей, не готовятся к будущему с детства, жертвуя развлечениями ради чего-то высшего. Таких, как он, – большинство. Жуков. Мух. Насекомых. Никто не знает, кем он будет. Только теперь начало что-то хрустеть, проламывать скорлупу, и ломало оно не само по себе. Помогала еще и Яна. И тошно от этого становилось.

Ей, разумеется, Андрей ничего не сказал. Все ведь только-только начиналось. Они виделись раз в несколько дней, и всегда встречи эти не походили одна на другую: посещали кинотеатр, кафе, кормили голубей. Из птиц в этом городе прижились только они и вороны – важничая, гордой походкой эти птицы бродили по пустым улицам, трусливо убегая при приближении человека. Голуби были другими: вечно путающиеся под ногами, они имели наглость подбираться совсем близко, виляли между ожидающими транспорта людьми. Еще пара тысяч лет эволюции – начнут в ногу клевать. Опускаешь взгляд, а он такой: «Братишка, у тебя семечек не найдется? Ну, семечек. Семян подсолнуха, а?»

Что, если все они – это идеальные дроны, следящие за гражданами? Вы только присмотритесь к их движениям: резкие, механические повороты маленькой головки, всегда на равный угол. Вглядитесь в эти глаза по бокам, обзор которых – триста шестьдесят градусов. Лучше любой камеры наружного наблюдения. Внешне тоже почти неотличимы друг от друга – с конвейера, созданные по одному лекалу. Только окраску производители изредка меняют в целях маскировки, чтобы не вызывать излишних подозрений. Кто-нибудь видел маленького голубя? Старого голубя? Нет! Их не существует! Только картинки в «Гугле», нарисованные 3D-художниками. Поговаривают, что в жопу им вкручена табличка с серийным номером. Восьмая и девятая цифра – год производства, десятая – месяц.

Сегодня Андрей планировал встретиться с Яной. Они идут в бар. Он будет петь, смотря ей прямо в глаза. Выскажет все песней. Цены там, конечно, кусаются, но теперь это мало волнует. Больше по привычке о них думать продолжаешь.

Если до знакомства с ней Андрей почти перестал следить за собой и, честно сказать, даже зубы чистил раз в несколько дней, а пятна высохшей спермы иногда прятал под футболкой, то теперь же он основательно готовился к каждой такой встрече, по полчаса проводя перед зеркалом – маленьким и неудобным, предназначенным для умывания, а не для самолюбования. Говорят, что всякое желание следить за мелочами у большинства мужчин проходит, когда они побывают ТАМ, и ко всему дальнейшему они подступаются с неохотой и вялостью. С Андреем же случилось ровно противоположное: он горел. Они не выясняли отношения, не определяли формальный статус и не ходили по улицам, держась за руки, – голова отключалась, сомнения таяли, как случайно выпавший раньше времени снег. ТАМ Андрей уже побывал.

В тот первый вечер наедине, в огромной квартире, он сконфуженно сидел у нее на кухне, Яна расположилась напротив – они выпили бутылку хорошего вина, которая внезапно нашлась в холодильнике, приправляя его негромким разговором. Мысли Андрея поначалу были заняты совсем другим: кто написал?

Когда открыли вторую, то сидели они уже гораздо ближе друг к другу, расстояние таяло, и уже через полчаса что-то произошло. Магия никогда не происходит при зрителях. Она любит лишь двоих, которым, безусловно, крупно везет, раз они не только встретили друг друга, а встретили еще и магию.