- Началось… – Юно откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. – Сейчас будет уговаривать меня стать убежденным гетеросексуалом, жениться, завести детей и быть верным супруге… «Не ложись с мужчиною, как с женщиною: это мерзость»… О! – Юно открыл глаза и повернулся к монаху, испытующе глядя на него. – Я понимаю, зачем все эти проповеди. Мы же скоро увидим Ким Хичоля. Это чтобы я писал письма Веронике, а не вбивал его в матрас? Ревнивец…
От негодования Кюхён смог ответить только секунд через десять:
- Я же много раз говорил! Мои чувства теперь не имеют ничего общего с вожделением, я люблю его, как хорошего друга, точно так же, как Джеджуна…
- Нарушаешь одну из заповедей, святой отец, – улыбнулся герцог.
- Какую же? – недоверчиво спросил Кюхён.
Юно стукнул его указательным пальцем по носу и объяснил:
- Лжешь.
Что касается Ючона, то ему достался билет в эконом-классе; он, умея проводить на ногах по несколько суток и быстро засыпать, когда нужно, весь перелет до Инчхона смотрел сны.
- А куда мы едем, если не секрет? – спросил Джеджун у Хичоля, когда тот усадил четверых участников DBSK в арендованный джип и тронулся. Места всем, естественно, не хватило, и Джеджун преспокойно разместился на коленях лидера. – Аллё, с кем я разговариваю? Оглох? А, точно! Хичоль старенький совсем стал, ему слуховой аппарат нужен.
- Вот тебе, сучка. – Хичоль, оторвав одну руку от руля, показал ему средний палец. – Я не могу вам сказать, вы все равно не поймете, пока не увидите.
- Помните ваших двойников? – решил хоть как-то прояснить ситуацию Кюхён. Трое сказали, что прекрасно помнят, а Джунсу, как обычно, выделился: что еще за новости? – Так вот, это вовсе не двойники. Все намного хуже. Добавлю еще, что с этими людьми напрямую связано ваше возвращение в полном составе.
- Чанмин! – вдруг выкрикнул из-под Джеджуна Юно. – Почему мы не взяли его? Он… Вы же не хотите сказать, что он – из «этих людей»?
- Так и есть, – подтвердил Кюхён.
- Наш макнэ – не наш макнэ? – удивился Джеджун, заерзав на своем «сидении». – Что ты несешь?
- Он стал странный, – ответил Юно. – Очень. Я нашел у него карие линзы.
Хичоль показал два пальца.
- Оба глаза – красные, – пояснил он. – Линзы нужны, чтобы скрывать это.
- Как так? – похлопал глазами Джунсу. – Что это значит? Хён, как у человека могут быть красные глаза? Он альбинос? А почему мы ничего об этом не знали?
Хичоль оставил его слова без внимания.
- А еще он недавно готовил, – продолжил лидер.
- О да-а-а, это так странно, – засмеялся Джеджун. – Как если ты убираться начнешь.
- Точно, приготовил нам салат, – подхватил Ючон. – И не успокоился, пока я всю свою порцию не съел. Между прочим, Джунсу тоже не проявлял энтузиазма, но на него он даже не смотрел – видимо, моя оценка как гурмана для него важнее.
- Спорю, там было до черта укропа? – предположил Хичоль.
- Как ты догадался? – удивился Юно.
- Уже проверяет, засранец, – процедил Хичоль. – Тяжело придется…
- Да что с ним, в конце концов, такое? – спросил лидер, обнимая сидящего на нем Джеджуна за талию – тот при резких поворотах стал «переезжать» на колени к Джунсу.
- Он вампир, – с мрачной торжественностью объявил Кюхён. – А Ючона принял за инопланетянина, для которого укроп – это яд.
- По-моему, они оба там спиваются, – шепнул Ючон на ухо Джунсу. – И у них уже белая горячка.
Самолет остановился, и пассажиров стали выпускать. Джеджун поколебался, прежде чем надеть маску, черные очки и кофту с капюшоном; одеваться, как безнадежная «старая дева», было для него нормой, а стандартный набор уставшего от внимания айдола, по его мнению, смотрелся отвратительно.
- Держимся порознь, чтобы выглядеть менее подозрительными, – предупредил напоследок Джунсу. Он уже был в «камуфляже», а потому создавалось впечатление, что это – заговор бандитов перед походом «на дело». – И не озираемся по сторонам, как идиоты!
- Мы уже насмотрелись на аэропорты, – сказал Кюхён. – Того, что было в первый раз в Москве, не повторится.
В аэропорту, вопреки ожиданиям, все прошло гладко. Правда, одна девушка на паспортном контроле узнала Джунсу, но в его документе указывались российское гражданство и другое имя; чтобы развеять все сомнения, художник спросил на ломаном английском с хрестоматийным «рязанским акцентом», почему его паспорт проверяют так долго. Девушка поняла, что обозналась, и пропустила «туриста».
У аэропорта всю компанию ждал минивэн, вызванный Хичолем. Там персонажи избавились от своего камуфляжа и начали переговариваться. Больше всех волновались Кюхён и Джеджун – первый, с возбуждением ребенка в магазине игрушек, ожидал встречи, а второму было стыдно смотреть в глаза нормальному, здоровому мужчине, над которым столь бессовестно издевались поклонницы.
- Заткине юмор и ангст, голова болит, – наконец не выдержал Джунсу. Ючон, сидевший как раз между монахом и омегой, словно по команде, зажал им рты. – Твою ж мать! Это был крик души, а не приказ!
Майор поспешно опустил руки и виновато уставился в пол.
