- Они безнадежны, – пробормотал Кюхён, накрываясь одеялом. Было уже раннее утро, и разбуженный приходом коллег Чонсу даже не стал ругаться – просто выразил свое «фи» и проковылял обратно в спальню. – Из майора Ючон – как из меня Дева Мария. А ты видел «моего»? Да, голос у него на четыре октавы, умничка. Но как он себя ведет? Да Чанмин его в первый же день раскусит и прибьет…
- Кстати, – сказал все еще бодрый Хичоль в пижаме. – Как думаешь, реально кого-то разлюбить за три с хвостиком месяца?
- Ты про Юно? – хмыкнул макнэ. – Да его только позови… Нет, блин! – Он откинул одеяло и навис над старшим товарищем. – Ты про Кюхёна!
- Вот именно в этой позе я и хочу его увидеть, – бесстрастно ответил Хичоль.
- Больной, – буркнул Кюхён, снова закутываясь в одеяло. – Монах и шлюха… Зашибись парочка…
- Кто шлюха? – Хичоль дал макнэ пинка, и тот плюхнулся на пол. – Праведник и блудник. Вот так лучше.
- Я передумал, бери герцога, – застонал Кюхён, растирая ушибленный бок. – Он тебя хоть на место поставить может!
====== Глава 30 ======
СЕУЛ
Юно оглядел вымышленных товарищей и, скрестив руки на груди, встал перед ними.
- Понимаю, вы не хотите это делать, – признал он. – Но мы учимся танцевать не для того, чтобы их поклонницы сходили с ума. Нам надо, чтобы Чанмин – а за ним и Хичоль – поверил, что мы артисты, после чего можно будет начать войну.
- У него такая сила, что мы – ноль, – заявил Ючон. – Только сдохнем все.
- Это правда, – добавил Джеджун, поправляя на себе одежду. – Вы не можете тягаться с ним.
- Кроме меня, – робко заметил Кюхён. Все вопросительно посмотрели на него. – Думаю, я смогу собирать энергию посетительниц концертов, как это делает Хичоль. Но сам не буду использовать, это мгновенно уничтожит мою светлую ауру, и я окажусь бесполезен. Только создам амулет для одного из вас.
- Что же ты сразу не сказал? – Юно с радостной улыбкой взял его за плечи. – Почему ты так старательно скрываешь от нас все свои способности?
- Я говорю о них, когда надо, – сказал Кюхён. – Итак, теперь, когда вы поняли, что у нас есть шансы, продолжим репетицию?
- Я хочу спать, – раздраженно бросил Джунсу. – В душ и спать. Черт побери, у нас всего две спальни на пятерых! Э… Я беру Дже, а остальные – как хотят.
- Но мы еще не выучили танцы! – возмущенно отозвался Джеджун.
- «Лидер» выучил, – отмахнулся Джунсу, распахивая дверь. – А мы – бездари в этом плане. Джеша, ты себя видел? Твой оригинал и сам хреновенько танцует, но ты его переплюнул. О монахе вообще не говорю – там просто трындец. Он, вероятно, думает, что танцы – это сродни проституции… Аллё, гараж. Твой единственный и неповторимый тоже дрыгается! Впрочем, шаболда он еще та.
- Прекрати говорить так о Хичоле, – попросил Кюхён. – Он просто запутался, когда его бросил любимый.
- И поэтому надо трахаться с самим собой! – всплеснул руками Джунсу. – Ну пипец запутался, прямо как наушники в кармане! Кстати, именно из-за этого придурка мы потеряли столько времени. Да если бы он не жопу врагу подставлял, а следил за ним, то врубился бы гораздо раньше, и майор уже оторвал бы второму Хичолю голову, а герцог сожрал бы Хангена! Но что мы имеем теперь? Хичоль обрел такую силу, что мы просто не можем дать бой, пока ты – если не пиздишь, конечно – не создашь свой чертов амулет!
- Джунсу, успокойся, – потребовал Юно.
- Сейчас, успокоюсь я! – Художник показал оборотню средний палец. – Смотри, до чего мы докатились! Пляшем к верной смерти! Парни, да мы вообще не похожи на артистов. Чанмин сразу раскроет нас и убьет! Вон Джеша. – Джеджун, который любовался своим новым отражением в большом зеркале, замер и прислушался. – Куда деть твои бабские повадки? Да ты одной улыбкой себя выдаешь! А майор? Пара слов – и все, нет сомнений, что у тебя IQ инфузории-туфельки!
- Тише, Су, тише. – Ючон, не обратив на оскорбление никакого внимания, обнял Джунсу и прижал его к своей груди. Тот, разумеется, стал вырываться и грозно рычать. – Нам всем страшно, ясен пень. Но тех мужиков надо спасать. Да и в этом мире никто больше хичолинской морде отпора не даст.
- Хватит об меня тереться! – рявкнул Джунсу, наконец сумев оттолкнуть майора. – От тебя потом несет!
- Да от всех несет, – смутился Ючон, почесав затылок. – Мы же столько часов без передыха танцуем.
- Пусть отправляется спать, – распорядился Юно. – Его проблемы, что он выдаст себя первым и умрет.
Джунсу гордо прошагал в душ.
- А мне идет, да? – спросил Джеджун, окончательно прилипший к зеркалу. – Я выгляжу молодо и… привлекательно! Надо же, какое у него чувство стиля…
- Сейчас заболеешь нарциссизмом, – рассмеялся герцог. Джеджун обиженно стрельнул в него взглядом. – Но тебе пойдет на пользу, девочка наша. После тридцати лет неуверенности в себе – это то, что нужно.
- Тридцать лет – еще не приговор, – улыбнулся своему отражению Джеджун. – Вон на Хичоля посмотрите. Ему тридцать один…
- А у него все еще шило в заднице! – захохотал майор. – Но у тебя-то его нет.
- Будет, – пообещал «зеркальному себе» омега. – Я же теперь кто? Самый красивый мужчина корейской эстрады!
