- Вокал не очень важен, мы сейчас поем только под фонограмму – видимо, из-за вашего Чанмина, – вмешался Юно. – Другое дело – умение держаться на сцене и танцы. Это нам и следует преподать в первую очередь, сразу после того, как придадим вам внешнее сходство.
- А может, «моего» не надо приобщать? – прищурился Джеджун. – И Джунсу. Я понимаю, за оборотня, мага и пришельца не страшно. Но эти двое…
- Мы хотим вас спасти, потому что благодаря вам нас придумали, – объяснил омега. Он подошел к певцу, опустился на колени напротив него и улыбнулся ему. – Вы прожили еще слишком мало, у вас впереди – много всего важного. А мы должны быть счастливы, что существовали в реальности хотя бы несколько месяцев, ведь могло не быть и этого.
Растроганный Джеджун смахнул выступившие на глазах слезы, спустился с дивана и обнял своего двойника.
- Он у вас такой милый, – сказал он, гладя по спине омегу. – Эй, Дже, я буду звать тебя своей нуной, раз уж ты все равно как сестра-близняшка и старше меня.
Два Джеджуна определенно прониклись друг к другу безграничной взаимной симпатией, чего нельзя было сказать об остальных: в случае Джунсу и Юно холодность проявляли вымышленные, а среди Ючонов и Кюхёнов предубеждения были у настоящих.
- Будь ты, как ваш Джеджун, девочкой, я бы тоже тебя затискал и сестричкой назвал, – раздраженно сказал Ючон, когда двойник, вдохновившись идиллической сценой, вздумал потрепать его по волосам. – А так – не фамильярничай.
- Не, из нас двоих девочка – ты, – засмеялся майор, старательно взъерошив не так давно уложенную шевелюру артиста.
- По сравнению с тобой и герцог – наглая мадам, – пренебрежительно заметил художник. – Отстань от человека. Вон к Джунсу привяжись. Ангелы, наверное, никого не отшивают?
Прежде, чем певец успел что-нибудь ответить, двойник ущипнул его за щеку, как какая-нибудь тетушка – впервые за долгое время встреченного племянника лет шести.
Чанмин, по словам Хичоля, не собирался возвращаться до утра – он понял это из разговора ЫнХэ. Значит, у артистов и персонажей была впереди вся ночь для первого урока актерского мастерства. Гонхи собирался прибыть только через несколько часов, и начало практического занятия состоялось без копирования причесок или подбора нарядов.
- Начнем с танцев, – решил лидер, – потому что вжиться в роль будет легче, так сказать, в гриме.
- Я специально снял квартиру с достаточно большой пустой комнатой, – объявил Хичоль. – Это будет ваш танцкласс. Этажом ниже живет одинокий алкоголик с собакой, надеюсь, ваш топот ему не помешает.
- Сейчас мы постоянно исполняем «Keep Your Head Down», с измененной под пятерых участников хореографией, – продолжил Джеджун. – Мы покажем танец, запоминайте, чтобы потом вместе с нами повторять. Хичоль, будешь у нас вместо Чанмина.
- Без проблем, – согласился вампир, присоединяясь к DBSK. – Эй, засранцы! – крикнул он персонажам. – Чтоб все запомнили и воспроизвели на «отлично»! Мой господин ни фига не из балетной труппы, а танцует теперь половине корейских айдолов на зависть!
- «Господин»? – спросил у лидера остолбеневший Джеджун.
- Чанмин, – ответил Юно, взявший на себя роль самого просвещенного – просто потому, что с самого начала охотнее верил «сумасшедшим». – Он обратил Хичоля и теперь является как бы его вампирским боссом.
- Ну и дребедень, – вздохнул Джеджун. – Тогда почему Хичоль пытается нас спасти? Фиг ли мы ему доверяем? Может, у него коварный-прековарный план, подсказанный Чанмином?
- Эй! Я все слышу, блин! – Хичоль вышел с места, занятого для танца, и встал перед ЮнДже. – Чанмин не желает никому зла, поэтому скрывает меня от своего господина, так что я пока сам по себе!
- Но он уже подозревал меня, – встрял Ючон, – решил накормить салатом с укропом. Если бы я все-таки отказался, он бы мне шею свернул!
- А вот и нет, – грустно покачал головой Хичоль. – Думаю, он не хотел убить майора, а боялся, что это – уже майор… и в итоге убьют не тебя, а его. Прости, дружище, но на вас четверых ему более-менее плевать, а мы все – его друзья.
- Ложь, – резко заметил герцог. – Эта тварь никого не любит и не уважает, кроме своего господина. Ты заступаешься за него, потому что он обратил тебя. Это нормально, но не убеждай нас делать то же.
Зазвучала песня. Во время исполнения танца персонажи стояли поодаль и наблюдали за происходящим, переговариваясь друг с другом. Монах был восхищен пластичностью артистов, особенно – лидера и Джунсу, которые, как он заметил, должны были приложить много усилий для достижения столь впечатляющих результатов; омега тоже не отрываясь смотрел на Юно и удивлялся тому, как такой мягкий и светлый человек неожиданно превратился в воплощение сексуальности; герцог утверждал, что воспроизвести эти «телодвижения» – вовсе не сложно, однако несколько постыдно; художник сразу сдался и заявил, что подражать Ангелу Шиа у него не получится, поэтому затею уже можно считать провалившейся; майор посмеивался, но признавал, что «мужики – молодцы».
- Теперь – все вместе! – скомандовал лидер.
