По наведённой канатной дороге между фурами мы спокойно перебрались в третий вагон, миновав второй. Бойцы вообще совершенно спокойно ходили между фурами прямо на ходу, совершенно не боясь рухнуть в двухметровый зазор между прицепами. Нас переодически потряхивало на ухабах, и вообще автопоезд довольно сильно дрожал на ухабах, но канатной дороги над пропастью почему-то никто не боялся. Так произошло лёгкое перераспределение сил по прицепам — наша, первая фура теперь была большим сонным царством. Больше половины зверей ушло туда спать под рёв дизельного движка, который не то что бы убаюкивал, но по крайней мере был достаточно монотонным, чтобы под него можно было придавить подушку. Второй вагон — столовка. Самая натуральная. Пакетиками сухого пайка хрустели почти все, а под небольшой настольной лампочкой, которую какой-то умелец приделал к потолку и запустил её от бортового напряжения, уселись культурные звери с книжками, среди которых затесала Шанни со справочником по лекарствам. Я им даже улыбнулся — вот, товарищи времени не теряют, а познают новое. Ну или старое, как придётся.
Ну и когда мы с Доббом перебрались в третий прицеп, то поняли, что оказались там, где надо: здесь посреди фуры сидел зверь с самой настоящей гитарой, что-то пел себе под нос. Обвязавшись для надёжности парой ремней на краю фуры сидел песец, а рядом с ним — Диверсантка и они вместе трепались о чём-то. За две фуры от рычащего мотора, и поэтому здесь было очень тихо, я даже услышал песню, которую играл на гитаре один из бойцов:
-А мы исходим на говно,
Во славу Матушки-России.
И лишь одно даёт нам силы:
ДЕМБЕЛЬ БУДЕТ ВСЁ РАВНО!
Последнюю строчку бойцы проорали хором, да с таким энтузиазмом, что я невольно прижал уши. Я не знал этой песни и откуда она, но явно из довоенных времён, когда те, кто служил в армии ещё знали что такое Дембель. Зато Добб за моей спиной с улыбкой рявкнул строчку про демобилизацию, с удовольствием похлопав лапой по плечу гитариста:
-Я уж думал больше не услышу этой песни, — признался он, присаживаясь рядом с ним, — а ещё что-нибудь знаешь?
-Да это у нас кладезь стихов и песен, — похвастался молодым койотом кто-то из его окружения.
-Да ладно вам… — отмахнулся гитарист.
-Давай, сбацай что-нибудь ещё, — попросил мой широкоплечий друг, усаживаясь рядом с музыкантом.
Я не стал слушать что начал играть койот, пошёл дальше, к песцу, который спокойно болтал босыми лапами грязно-белоснежного цвета, открыв борт последней фуры. Рядом с ней так же сидела наша пантера, вот только она была куда больше подготовлена к падению — бронированные ботинки и её броня, такая же как и у меня, внушали доверие и поэтому она не страховалась от падения при помощи ремней, как полярный лис. Как и простые солдаты, служащие в армии, сладкая парочка разговорилась об оружии, и в какой-то момент культурное обсуждение вылилось в спор на повышенных тонах, который слышал весь прицеп. Я не стал вдаваться в подробности их спора — мерялись естественно тем, кто что имел. Выглядело это конечно смешно — дробовик против шестиствольного пулемёта, хотя у каждого оппонента находились причины за которые он готов был порвать своего собеседника на сотню собеседников помельче. Терминатор оперировал тем, что он кого хочешь порвёт намного быстрее и оптом, а пантера — тем, что с её пушкой можно взлезть в стандартную дверь. Замолкли они только тогда, когда я присел между ними, аналогично свесив лапы в пустоту.
-Оу, полковник, — пантеру моё появление не сильно удивило, — А мы и не ждали.
-Здарова, — только и сказал песец, пожимая мне лапу.
-Да мы и не прощались, — напомнил я ему, — ну что тут?
-Тут хорошо, — первой ответила пантера, — И относительно чисто.
-Странно как к вам пыль не летит, — признался я, выглядывая наружу и смотря по сторонам. Кругом — ничего. Только серо-зелёная пустыня из мелкозернистого песка и гигантских камней. Ревя двигателями, мы неслись по высохшему морю…
Внезапно справа от нас, стремительно пронеслось мутное пятно и прежде, чем я успел разглядеть его, раздался глухой удар и звон стекла. Проезжая мимо торчащей из земли скалы, мы видели смятый в лепешку, дымящийся «Тигр».
Я в шоке поднёс к пасти рацию и обратился к Динозаврику:
-Откуда они здесь?
-Так они уже минут двадцать за нами ехали, — сказал песец, показывая на остатки военного внедорожника. Дино велел не беспокоится.
-Это за нами хвост, полковник, — доложил мне Дино.
-Почему раньше не сказали?
-Да всё в порядке, они нам не сильно докучали.
-Почему так уверенно? — я подозрительно нахмурился, поглядывая на песца и диверсантку. Большая чёрная кошка таинственно улыбнулась, достала из ножен нож и стала заниматься маникюром.
-Ну так они же врезались. Всё идёт по плану.
-Какому плану, Динозаврик? Почему я о нём ничего не знаю?
-Да мы и сами о нём ничего не знали, — сказала рация — Правда, Диверсантка?
-Что? — вскинула брови пантера.
-Что это с ними? — наконец спросил я.
-Наверное повредили тормоза. Ты же знаешь тут полно острых обломков. Наверное, перерезали себе тормозные шланги…
