Я вцепился в ручку люка, взяв в одну лапу пулемёт, присел на броне, ожидая когда тяжёлая бронемашина наберёт всю свою возможную скорость. Под толщей брони ревел тысячесильный двигатель, а гусеницы впивались шипами в сухой песок под днищем. Так как моим танком управляли знакомые мне рыжие, побывавшие с нами в Японии, не стоило сомневаться, что я вместе с ними окажусь впереди всех. Машина нырнула носом в огромную лунку, которую оставил после себя чудовищный взрыв Динозаврика, но через минуту, подлетев и оторвав все четыре гусеницы от земли, танк рухнул на территорию Москвы. За ним последовали десятки таких прыжков, каждый из которых сотрясал землю и издавал необычайный грохот. Тут же вперёд вырвались лёгкие разведывательные машины с единственным наездником и лёгким вооружением. Некоторые даже не имели и наездника, а управлялись дистанционно на случай мин.
-Ракеты пошли, – отрапортовал Кронос.
Я поднял глаза, вглядываясь в рассвет. Крыши некоторых небоскрёбов приходили в движение – с них осыпались стёкла, и всё здание до самого фундамента пробирала дрожь. Пушки “Горизонта” поднимались из своих убежищ и принимались за свою работу.
-Высылайте камикадзе! – приказал я, похлопав по люку. Мы сбросили скорость, а впереди нас выстроились в ряд три чёрных демилитаризованных танка.
Но вдруг над нами грохнул взрыв, а на городской черте загорелся и вспыхнул красный осветительный сигнал. Такой же повторился пятью километрами левее, а потом и правее.
-Нас ждали! – догадался кто-то, – Свинцовый дождь!
-Шепард, приготовились! – рявкнул я в рацию, – Они начинают!
-Ракеты на подходе!
Совершенно внезапно всю Москву потряс такой сильный грохот, что даже сквозь защитную систему моей брони, я почувствовал, как сердце хочет выпрыгнуть из моей груди. Древняя пушка из системы “Горизонт” вернулась к жизни и сделала свой первый залп в этой войне. Огромное орудие содрогнулось под собственным весом, направив дуло куда-то в небо, после чего по нему проскочила настоящая молния. Орудие исторгло из себя уже знакомое мне марево, оставив тяжёлый белый след в воздухе. Сам снаряд даже не был виден из-за чудовищной скорости, до которой его разогнала Гаусс-пушка.
-Первая ракета сбита, – отрапортовал Бот, – Время перезарядки пушки около минуты, это ваша форточка, маршал. Не дайте ей захлопнуться!
-Вас понял! – рявкнул я, – Камикадзе на ту пушку! – приказал я, – Забыт…
Договорить я не успел: один из танков подорвался на неуправляемой мине, заглушив мои слова. В глазах помутнело, а звон в ушах стал непривычным от страха: только что огромная боевая машина неслась буквально в метрах от той, на которой сидел я, но сейчас она кувыркалась в пламени с оторванной башней и детонирующим боекомплектом.
-Маршал! – заорал кто-то в моей рации, как только звон в моих ушах прошёл, – РАКЕТЫ!!!
-Шепард, давай!
-Понял! ОГОНЬ!!!
С крыш Москвы в нас полетели управляемые снаряды, запускаемые со скоростных ракетных установок. Что-то полетело снизу, держась на предельно малой высоте, но и мы были не лыком шиты!
Позади нас из установок Забытых вырывались и отправлялись в полёт десятки и даже сотни заградительных ракет. Каждая взяла свою собственную цель, и через секунду над нашими головами разразился настоящий фейерверк из рвущихся снарядов и ракет, но даже этого было мало.
Я ещё не успел отойти от того шока, который испытал когда увидел первые потери, но когда две или три ракеты, пущенные в нашу технику, достигли своей цели, сердце защемило в стальные тиски. Я старался не думать о потерянных бойцах, несмотря на то что в любой из этих машин мог оказаться мой друг.
От моих мыслей меня отвлекла куда большая ракета, прилетевшая к Москве. Разорвав небосвод, она была готова рухнуть на Москву бесполезной болванкой, но система “Горизонт” купилась на нашу приманку. Ещё одна показавшаяся пушка громыхнула на всю землю своим гаусс зарядом, после чего я имел честь видеть потрясающую эффективность русской системы ПВО: меньше чем через сотую секунды, ракету, гордо летевшую в сторону своей цели, разорвало на кусочки, но просто так! Всю огромную массу баллистического носителя не только остановило в воздухе, но ещё и развернуло в обратную сторону так, что обломки ракеты упали точно в “Пояс”, где что-то рвануло.
В эфире поднялся гомон восхищения чудо-пушкой, но я строжайше запретил обсуждать эффективность этого орудия. Пилоты армады и уж тем более Массива и без того нервничали, не хватало им ещё узнать о том, как они могут погибнуть. Наше наступление, хоть и немного замедлившееся из-за ракетной атаки, продолжалось.
