Русская рать шла на Казань несколькими маршрутами. Полки большой, передовой и левой руки двигались через Рязань и Мещеру. Остальные войска во главе с царем покинули Коломну и через Владимир пришли в Муром, куда во главе 30 000 воинов прибыл бывший казанский хан Шигалей (Шах-Али). Вместе с ним явились астраханские царевичи Кайбула и Дербыш-Алей, их войско насчитывало 20 000 нукеров (10, 409). В Муроме государь составил роспись воевод по полкам: «В болшом полку воеводы боярин Иван Федорович Мстиславский да слуга князь Михайла Воротынский. В передовом полку воеводы боярин князь Иван Иванович Пронский да князь Дмитрий Иванович Хилков. В правой руке воеводы, стояли на Кошире, боярин князь Петр Михайлович Щенятев да князь Андрей Михайлович Курбский. В левой руке воеводы князь Дмитрий Иванович Микулинский, да Дмитрей Михайлович Плещеев… а в сторожевом полку велел быти воеводам из Мурома боярину князю Василью Семеновичю Серебренаго да Семену Васильевичю Шереметева. В яртоулех были князь Юрьи Иванович Шемякин-Пронский да князь Федор Иванович Троекуров» (99, 135–136). Летописец приводит фантастические данные о численности русской рати: «Всего же во всех полках было тогда русской силы – благородных князей, и бояр, и великих воевод, и храбрых отроков, и крепких конников, и хорошо обученных стрелков, и сильных бойцов, облаченных в твердые панцири и доспехи, – триста тысяч, и пищальников – тридцать тысяч; судового войска – сто тысяч; и с касимовским царем Шигалеем, и с царевичами иноязычной татарской силы – служащих русскому царству князей и мурз, и казаков – шестьдесят тысяч; к этим же и черкас – десять тысяч, и мордвы – десять тысяч, и немцев, и фрягов, и ляхов тоже десять тысяч, помимо обычных воинов, конных и пеших, перевозящих снаряжение» (10, 411). По свидетельству князя Андрея Курбского, участника похода на Казань, полк правой руки насчитывал 12 000 всадников и 6000 пеших стрелков и казаков (11, 39), ертоул – 7000 воинов (11, 37), царский полк – 20 000 человек (11, 57). Сколько ратников было в остальных полках, Курбский не сообщает, хотя на основании его рассказа можно сделать вывод о том, что русская рать насчитывала 90 000 человек (11, 45). По его данным, в царском войске было 150 больших и средних пушек (11, 41). Переправившись через Оку, царская рать форсировала реки Теша, Алатырь, Сура и вышла к Борончееву городищу. Войско Мстиславского перешло Оку, Цну, Мокшу и 4 августа соединилось с полками Ивана IV. На следующий день объединенное войско продолжило поход и 13 августа подошло к Свияжску. В крепости уже была сосредоточена артиллерия и необходимое для осады снаряжение. 15 августа царские полки стали на ладьях форсировали Волгу. Первыми на левый берег высадились воины ертоула, следом стали переправляться воины передового полка. В этот момент казанский хан Едигер атаковал русское войско. Как пишет летописец, у хана было 50 000 воинов (10, 415). Едигер всё правильно рассчитал и нанес удар в тот момент, когда противник был наиболее уязвим. Ертоул продержался до прибытия передового полка, огнем из пищалей русские воины отразили все вражеские атаки. Бой на Царевом лугу, у Гостина острова продолжался три часа, за это время через Волгу переправились полки правой и левой руки. Когда казанское войско взяли в клещи, Едигер понял, что битва проиграна, и отступил в город. 17 августа Иван IV ступил на левый берег Волги, переправа продолжалась семь дней, но передовые русские части появились в окрестностях Казани уже 19 августа. Город располагался на возвышенности, был хорошо укреплен, мощные дубовые стены с 15 башнями и глубоким рвом служили Казани надежной защитой. Общая протяженность городских укреплений достигала 5 км. Речки Казанка и Булак, по словам Курбского, «сильно заболоченная и непроходимая» (11, 37) защищали подступы к крепости с северо-востока и юго-запада. Автор «Казанской истории» оставил подробное описание крепости: «Город же Казань очень-очень крепок: стоит он на высоком месте между двух рек, Казани и Булака, и огражден семью стенами из длинных и толстых дубовых бревен. Промежутки же между стенами засыпаны хрящом, и песком, и мелким камнем. Толщина стен со стороны рек Казани и Булака достигает трех саженей, и места эти неприступны. И, быстро двумя реками обтекши город с обеих сторон, сливаются воды у стен города в одну реку – Казань, и та река двумя устьями впадает в Волгу за три версты выше города – по реке той и назван город Казанью. Словно крепкими стенами, окружен был водами город тот, только с одной стороны – со стороны Арского поля, было небольшое место для приступа. Но в том месте городская стена была толщиною в семь сажень, и возле нее был выкопан глубокий ров» (10, 419). Гарнизон Казани насчитывал 30 000 хорошо вооруженных и обученных воинов (11, 39). Наиболее уязвимыми городские укрепления были со стороны Арского поля, но татарские военачальники постарались исправить этот недостаток. Они не стали сосредотачивать все силы в Казани, а выделили в распоряжение князя Япанчи 20 000 воинов и 2000 ногайцев, чтобы он атаковал с тыла вражеский стан. В глубине Арского леса, находившегося в 15 км. от Казани, была построена крепость, где и базировался отряд Япанчи. По замыслу казанских военачальников, русское войско должно было оказаться между молотом и наковальней. Узнав о приближении царской рати, казанцы сожгли посады и укрылись в крепости. Когда русские полки приблизились к Казани и стали по наведенным мостам переходить через речку Булак, Едигер вновь напал на вражеское войско. В этот раз хан бросил в бой 5000 конных копейщиков и 10 000 пеших лучников, «наши крепко сразились с ними, и бой был немалый» (11, 37). Вновь сказалось превосходство русских в огневом бое, стрельцы нанесли противнику значительный урон и отбросили в город. С казанских башен ударили пушки, но никакого ущерба противнику не нанесли.
