Все шло, как предполагал император: скакала конница, шлепала по грязи пехота, гремели колеса пушек, и тогда Павел Петрович отправился самолично осмотреть крепость. Снег с дождем усиливался, и, как на беду, сломалось колесо у кареты. Павел бросил ее и сел в седло, так он оказался в чистом поле, в жуткую непогоду, под стенами крепости, комендантом которой сделали капитана Рачкова – урямца и виртуозного матерщинника. Все как у предков.
– Поезжайте, голубчик, – сказал адъютанту император. – Скажите коменданту, пусть откроет ворота и впустит наш отряд. Непогода, а мы среди поля.
– А пошел ты… – забористым матом ответил посланцу самодержца Рачков. – Время половина одиннадцатого, а до двенадцати нет приказа открывать!
– Что, так и передать Его Величеству? – побледнел адъютант.
– Ага. Так и передай! – И капитан захлопнул окошко в крепостных воротах.
Получив ответ, Павел I пришел в ярость, однако сам к воротам крепости не поехал, дабы не уронить царского достоинства препирательствами с каким-то капитаном-матерщинником.
Полтора часа Павел Петрович стойко ждал под дождем со снегом и весь вымок, но когда часы пробили двенадцать, галопом поскакал к воротам крепости и осипшим голосом крикнул:
– Где комендант?! Повесить его, подлеца, разжаловать в солдаты, лишить дворянства!
Через двор крепости, печатая шаг, отдавая салют обнаженной шпагой, к Павлу Петровичу подошел рослый детина в ладно подогнанном мундире.
Рачков выдернул из-за борта мундира пакет и подал ему самодержцу.
Павел развернул его и увидел собственный приказ никому, даже самому императору, не открывать ворота крепости до двенадцати часов. Что тут делать?
– Ну хорошо, сударь! – Немного остыв, император сложил бумагу. – Все должно быть в полном равновесии, не так ли? За точное выполнение моего приказа жалую вас в генерал-майоры! Указ подготовят немедля. А вот за то, что оставили своего императора мокнуть в поле, извольте сами столько же помокнуть!
Новоиспеченного генерала подхватили под руки и вывели за ворота крепости, где поставили на то место, на котором изволил ждать Его Величество.
– На память о его безобразиях пусть отныне именуется Рачков-Мокрый! – сердито буркнул император.
С самых ранних эпох существования человечества люди, по каким бы то ни было причинам потерявшие руки или ноги, мечтали о том, чтобы хотя бы частично вернуться к нормальной жизни, заменить чем-нибудь утраченную конечность.
Протез ноги, найденный в одной из старинных могил
Ученые отметили, что в I тысячелетии до н. э. на пространстве от Италии до Индии люди стали практиковать протезирование. Греческий прорицатель Гелесистрат в отместку жителям Спарты, которые держали его в плену, предрек персидское нашествие на Элладу накануне битвы при Платеях в 479 году до н. э. Часть потерянной при побеге из плена ноги прорицателя была заменена протезом.
В городе Капуя в захоронении 300 года до н. э. был найден скелет с отлично подогнанным протезом ноги от колена до лодыжки. Искусственная конечность была изготовлена из дерева и обшита тонкими бронзовыми листами. В верхней части было отверстие для обрубка бедра. Видимо, была еще деревянная стопа, но она не сохранилась.
Есть сведения, что индийский врач Сушрута делал многочисленные ампутации и заменял поврежденные конечности железными.
Этот бесценный медицинский опыт в силу различных причин постепенно забывался, но вот американские археологи, проводившие раскопки в районе кладбища, где был похоронен автор известной сказки про Пиноккио, сделали интересное открытие. Неподалеку от могилы сказочника они обнаружили надгробную плиту с именем некоего Пинокко Санчеса. Заинтересовавшись, ученые сверили даты жизни обоих усопших. Оказалось, что они жили в одно и то же время.
Тогда заинтригованные американцы добились разрешения на эксгумацию останков Санчеса, захороненного в 1834 году. Экспертиза его праха дала сенсационный результат: этот синьор был наполовину деревянный! Точнее, нижняя часть его тела представляла собой искусно сделанный деревянный протез. Кроме того, у Пинокко был деревянный нос, а кишечник заменял – просто фантастика! – вживленный кусок пищевого тракта коровы. Своего же у него только и было, что голова, руки, сердце, легкие да почки с печенью.
