В Париже Бурнонвиль всерьез задумался о создании национального исторического балета. Историческими романами Бернхарда Ингемана он зачитывался – отчего бы не перенести хоть один сюжет на балетную сцену? Так родился сценарий балета «Вальдемар» – того, который считается поворотным пунктом в творчестве Бурнонвиля. Главная роль предназначалась Люсиль Гран. Балет был поставлен в 1835 году, в последний раз был показан в 1920 году, и па-де-де из него дожило до наших дней. Затем настало время ставить «Сильфиду».
Два года спустя, в 1836 году, Бурнонвиль поставил свою «Сильфиду» в Копенгагене. И в ней сразу определил свои приоритеты в романтическом балете. Датский романтический балет – более земное и камерное направление с фольклорными мотивами, где большую роль играет пантомима и больше внимания уделено мужскому танцу, меньше пользуются пальцевой техникой, а женские роли второстепенны. Кстати, эти особенности характерны и для датского балета настоящего времени.
Эта «Сильфида» была очень далека от парижской – Бурнонвиль заказал новую музыку, много думал над сюжетом, пытаясь его христианизировать. При этом он требовал полнейшего реализма в декорациях и поставил на службу искусству механику. Не только Сильфида порхала над землей при помощи тросов и блоков – у нее самой на спине был маленький аппарат, благодаря которому крылышки все время трепетали. Перед сценой смерти его меняли на другой, при помощи которого крылья в нужную минуту отваливались.
Роль Джеймса исполнял сам Бурнонвиль. В сравнении с парижской версией эта партия была обогащена танцами. Бурнонвиль стремился уравновесить значимость Джеймса и Сильфиды, поскольку каждый из них представляет свой мир: она – духов воздуxa, он – земных людей.
Но критики заговорили о плагиате. Видимо, какие-то основания у них были. Да еще датская публика приняла чересчур серьезно конфликт между Люсиль Гран и ее учителем. Известие, что танцовщица покинула Королевский театр из-за Бурнонвиля, привело к скандалу. Бурнонвиль из этого скандала вышел с честью – поставив несколько очень удачных номеров для опер и водевилей, он вернул себе расположение публики. И к тому же на помощь ему пришел шторм…
Зимой 1838–1839 годов западное побережье Ютландии очень пострадало от сильного шторма. А это был самый бедный район страны. Все, кто мог, пришли на помощь, а Королевский театр предложил поставить в пользу пострадавших спектакль. Инициатором был Бурнонвиль. За основу он взял пьесу Эленшлегера «Аладдин». Успех был потрясающий – фактически этим спектаклем Бурнонвиль победил в борьбе с Люсиль Гран. Но, видимо, конфликты с танцовщицами ему были на роду написаны. Третьей в списке оказалась Августа Нильсен, к которой перешли роли Люсиль Гран. Завязался довольно сложный узел – в нем было все на свете, и конфликт королевского двора с оппозиционной прессой, и интриги богатого покровителя Люсиль Гран, и личное отношение датского короля Фредерика VI к Бурнонвилю. В конце концов, Бурнонвиль был временно выслан из Дании.
Побывав в Пруссии и Англии, он оказался в Париже – и очень вовремя. Бурнонвиль попал на репетиции балета «Жизель». Именно по его воспоминаниям можно точно определить роль Жюля Перро в создании этого балета. Интересно, что спектакль Бурнонвилю понравился, но мысли перенести его на сцену Королевского театра не возникло – он помнил историю с «Сильфидой». Зато в дороге родилась идея балета «Неаполь» – «датского ответа» французскому романтическому балету. Балетмейстер отправился в Неаполь и прожил там довольно долго, изучая памятники старины и народные праздники. Он даже вплавь добирался до недавно открытого подводного грота, который назвали Голубым.
Тем временем замыслы его врагов в Копенгагене потерпели крах – балетмейстер Поль Тальони, «назначенный» конкурентом Бурнонвилю, поставил неудачный спектакль. Публика так разбушевалась, что театральное начальство велело ударить в гонг – это предупреждало, что сейчас вызовут полицию.
Вернувшегося Бурнонвиля, вышедшего на сцену в па-де-де с молодой балериной Каролиной Фьельстед, встретили демонстративными и неистовыми овациями. Он тут же взялся за «Неаполь». Премьера состоялась 29 марта 1842 года. История рыбака Дженнаро и его невесты Терезины, сперва утонувшей, а потом сверхъестественным образом оживленной, сама по себе была в меру романтической, но Бурнонвиль стремился к реализму в костюмах и декорациях. Это был воистину балет о Неаполе. Премьера балета стала вехой в истории Королевского театра и в жизни Бурнонвиля – он не только поставил выдающийся спектакль, но сам исполнил партию Дженнаро.
За «Неаполем» последовали новые балеты, имевшие почтенную литературную или фольклорную основу, новые вставные танцевальные номера, проникнутые национальным духом, но не они сделали Августа Бурнонвиля знаменитым, а его собственная система хореографического обучения, получившая название «Школы Бурнонвиля».
