Кроме того, она стала ведущим преподавателем миланской балетной школы, преподавала в Лондоне, Буэнос-Айресе, Берлине и считалась там одним из лучших в мире педагогов классического балета. Кроме того, она писала теоретические статьи о методике преподавания, которые до сих пор не потеряли своей ценности.
Она была маленького роста и вскакивала на стул, чтобы видеть всех в классе. Комбинации движений она показывала очень подробно, объясняла кучу маленьких деталей. И славилась щедростью: если видела способного ребенка, снижала плату, а то и вовсе не брала денег.
Преображенская оставила преподавательскую деятельность в 1960 году. Она умерла 27 декабря 1962 года и похоронена на кладбище Монмартр.
Ольга Александровна Спесивцева родилась 18 июля 1895 года в Ростове-на-Дону в бедной актерской семье.
Когда Ольге исполнилось шесть лет, ее отец скончался от туберкулеза, оставив без средств к существованию большую семью, в которой, кроме Ольги, было еще четверо детей. Троих из них мать была вынуждена отдать в детский приют при доме ветеранов сцены. В их числе оказалась и Ольга, которая с раннего детства была одаренной и пластичной девочкой. Вскоре в числе других воспитанников Ольга Спесивцева была принята в Театральное училище вслед за старшим братом Анатолием и сестрой Зинаидой. Михаил Фокин, в 1906 году участвовавший в работе приемной комиссии, сразу обратил внимание коллег на удивительное создание – и не ошибся.
Уже на выпускном спектакле Спесивцева показала себя талантливой классической балериной. Дебют балерины на сцене Мариинского театра состоялся в 1913 году в балете «Раймонда», где она исполняла одну из эпизодических ролей. Сперва она была принята в кордебалет Мариинского императорского театра. Ее сразу стали занимать в сольных номерах классического репертуара, таких ответственных, как па-де-труа в «Лебедином озере», Амур в «Дон Кихоте». Через два года она станцевала фею Бриллиантов в «Спящей красавице», виртуозная вариация которой была исполнена с блеском, критика писала о «бриллианте чистой воды и игры».
«Тело есть темница, в нее заключили душу» – эту фразу Гёте Ольга Спесивцева выписала в свою записную книжку, явственно прочувствовав, что именно в этом и заключается ее задача балерины – при помощи танца освободить душу, дать ей простор и свободу. Танец становился для нее не профессией, а насущной потребностью. От спектакля к спектаклю ее мастерство совершенствовалось – степень виртуозности Спесивцевой все чаще сравнивали с виртуозностью Анны Павловой, находя в танце юной балерины неповторимые черты. Критики писали, что «повеяло искусством чистейших форм танца, похожего на ритуал красоты».
Уже через два года после начала ее выступлений Дягилев пригласил Спесивцеву принять участие в американских гастролях его труппы. Под влиянием своего близкого друга, писателя и критика Акима Волынского, который был яростным сторонником чистоты классического танца и непримиримым врагом новшеств Фокина, Спесивцева отказалась от участия в гастрольной поездке.
Но годом позже Ольга Спесивцева выехала на гастроли в Соединенные Штаты Америки в составе дягилевской труппы, которой руководил Вацлав Нижинский. Великий танцовщик уже был на грани безумия. Встреча с ним сильно подействовала на тонкую и впечатлительную натуру Ольги Спесивцевой.
Эта встреча сыграла огромную роль и в ее творческой судьбе, став поворотным моментом ее самораскрытия. Она стала партнершей Нижинского в классическом па-де-де Флорины и Голубой птицы, в «Сильфидах» и «Призраке розы».
По возвращении на родину положение Спесивцевой изменилось – начиная с 1917 года она становится ведущей балериной Мариинского театра. Одну за другой она танцевала ведущие партии в «Щелкунчике», «Шопениане», «Пахите». Балерина не всегда справлялась с огромной нагрузкой. Строгие и пристрастные критики стали замечать технические погрешности в исполнении.
