После поездки в Эфиопию в 1867 - 1868 годах Рольфс снова возвращается к сахарским путешествиям. В 1869 году он пересекает северную часть Ливийской пустыни от Триполи до Александрии. В начале своего маршрута он надолго задерживается вблизи побережья, изучая исключительные по своему археологическому значению руины античных городов Лебда, Птолемаис и Кирена. Углубившись затем в пустыню и двигаясь в направлении оазисов Сива, он открыл крупную депрессию Бир-Рессам в Ливийской пустыне, затем исследовал соленое озеро Натрон. В 1873 году Рольфс возглавляет большую научную экспедицию в так называемую Западную пустыню Египта. В ее состав входят немецкие ученые геолог Карл Циттель, ботаник Пауль Ашерсон, геодезист Иордан и другие. В этой экспедиции принял участие и Георг Швейнфурт, ставший к этому времени одним из крупнейших исследователей Центральной Африки. В результате этой экспедиции была создана первая комплексная научная характеристика природы этой части Ливийской пустыни, в которую значительный вклад внес Рольфс.
В 1878 году Рольфс совершает последнее заслуживающее внимания африканское путешествие. Он делает попытку проникнуть с севера в Восточный Судан и достичь Вадаи, где уже провел свои исследования Нахтигаль. Рольфса не в первый раз постигает неудача. Он был ограблен вблизи оазисов Куфра и принужден возвратиться в Бенгази. Дальнейшая деятельность Рольфса в Африке не представляет особого научного интереса, в 1880 году он вновь появляется в Эфиопии, а в 1884 - 1885 годах становится германским комиссаром на Занзибаре, после чего окончательно вернулся в Германию.
Из крупнейших немецких исследователей Рольфс дольше всего находился в Африке и посетил самые обширные области. Однако он так и не сумел преодолеть пробелы в своем образовании. Поэтому его отчеты, особенно первые, о марокканских путешествиях, дали очень мало научных материалов. О величии горных ландшафтов, виденных им, можно по этим отчетам только догадываться. Более поздние описания захватывают, как детективный роман. Оценивая в целом деятельность Рольфса в изучении Африки, нельзя не отметить еще раз его литературную плодовитость. Книги одна за другой появлялись в свет после его путешествий, так что вся полезная информация, содержавшаяся в этих книгах, сразу же становилась достоянием ученых разных стран и других путешественников. Так "Путешествие через Марокко" появилось в 1868 году, "От Триполи до Александрии" - в 1871 году, "Поперек Африки" - в 1875 году и в том же году "Экспедиция по исследованию Ливийской пустыни", "Куфра" - в 1881 году.
Две тщеславные мечты Рольфса остались неосуществленными. Ему не удалось пройти в Томбукту ни из Алжира, ни из Марокко (это сделал Оскар Ленц лишь в 1880 году). Он не сумел проникнуть и в Вадаи. Вообще восток Центрального Судана особенно долго оставался почти неизведанным для европейцев. Стремление проникнуть в него с севера или запада для большинства исследователей середины XIX века, в том числе для погибших на этом пути Фогеля, Бойрманна и других, во многом определялось тем, что этот маршрут открывал возможность впервые пройти к Нилу с запада. Важнейшее значение в изучении этой части Судана имели путешествия еще одного немецкого исследователя Африки - Г. Нахтигаля.
(1832 - 1913)
Венгерский путешественник. В1857-1863 годах был учителем французского языка в Константинополе (Стамбуле), а в 1864 году при поддержке Венгерской академии путешествовал, переодетый дервишем, по Средней Азии; при этом из Персии (Иран) проник вплоть до Хивы, Бухары и Самарканда. Путешествие принадлежит к классическим в истории исследования внутренней Азии.
Вамбери родился в Венгрии, однако не мог указать точно, когда именно: для еврейской бедноты метрические записи не были обязательны. Вероятнее всего, он появился на свет в 1832 году.
Его набожный отец, в молодости умерший от холеры, остался в семейных преданиях книжником, далеким от мирских дел. Дети делили время между азбукой и сбором пиявок, которые считались первым средством при многих болезнях. Но нашлись противники кровопусканий, спрос на пиявки упал, и хрупкое благосостояние семьи Вамбери сменилось нищетой.
Арминий с детства хромал. Его лечили зельями и заклинаниями. Лечение не помогло, но Арминий не унывал.
Мать, уверенная, что в мальчугане жив дух отцовской учености, в тщеславных мечтах своих видела его доктором. Блестящие способности, особенно к иностранным языкам, помогли Арминию перешагнуть порог школы, открытой монахами.
