Ряд экзегетов считают, что имена Гог и Магог происходят от шумерского слова «тьма». То есть Магог – это «земля тьмы», а Гог – персонификация тьмы или же «вождь и представитель сил, враждебных Богу». Другие усматривают связь этих имен с аккадским богом Гага, который упоминается в «Энума Элиш» – вавилоно-аккадском эпосе о сотворении мира.
Отцы Церкви часто толковали имена Гога и Магога аллегорически. Например, церковный писатель Иероним Стридонский, живший в III–IV веках нашей эры, истолковывал имя Гог как символ «кровли», а Магог как знак того, кто «из-под этой кровли» исходит.
Блаженный Августин под Гогом разумел врагов Церкви, из среды которых, как «из-под кровли», выходит дьявол, а Могог в его толковании – это уже сам дьявол…
Переходя же к самому сражению, но не вдаваясь в его детали, следует сразу заметить, что огромные силы, представленные разными народами, все равно не смогут одержать победу над израильтянами, поскольку сам Яхве выступит против Гога и Магога. Вот как в видении пророка поступит Бог с врагами Израиля.
«И выбью лук твой из левой руки твоей, и выброшу стрелы твои из правой руки твоей. Падешь ты на горах Израилевых, ты и все полки твои, и народы, которые с тобою; отдам тебя на съедение всякого рода хищным птицам и зверям полевым… И пошлю огонь на землю Магог и на жителей островов, живущих беспечно, и узнают, что Я Господь… Тогда жители городов Израилевых выйдут, и разведут огонь, и будут сожигать оружие, щиты и латы, луки и стрелы, и булавы и копья; семь лет буду жечь их» (Иез. 39: 3–4, 6, 9). Позже толкователи Священного Писания вторжение орд Гога и Магога связали с явлением Мессии и Страшным судом.
Правда, если у пророка Иезекииля Гог – это имя царя завоевателей, а Магог – название государства, то в Откровении Иоанна Богослова Гог и Магог – это народы, объединенные в языческие армии, которые сойдутся в последней битве с народом Божиим.
Произойдет же это сражение в конце тысячелетнего царства Христа после первого воскресения, когда сатана выйдет из заточения и придет с «четырёх углов земли», чтобы, окружив неисчислимыми ордами «стан святых и город возлюбленный», покорить его. Но эти армии будут уничтожены небесным пламенем. «Когда же окончится тысяча лет, сатана будет освобожден из темницы своей и выйдет обольщать народы, находящиеся на четырех углах земли, Гога и Магога, и собирать их на брань; число их как песок морской. И вышли на широту земли, и окружили стан святых и город возлюбленный. И ниспал огонь с неба от Бога и пожрал их; а диавол, прельщавший их, ввержен в озеро огненное и серное, где зверь и лжепророк, и будут мучиться день и ночь во веки веков» (Откр. 20: 7–9).
Смерть Иезавели. Гравюра Г. Доре. 1866 г.
В связи с таким толкованием исхода битвы между израильтянами и Гогом и Магогом, возникает вопрос: почему сам Бог должен вмешиваться в это сражение? Неужели Мессия не в силах победить Гога и Магога? Экзегеты отвечают: потому что Мессия будет в этой войне убит. Но как такое возможно? Ведь Бог дал ему бесконечную жизнь.
Еврейская традиция этот парадокс разрешает следующим образом: сначала должен явиться Мессия из рода Иосифа, который погибнет в битве с силами Гога и Магога. И уже после его смерти прибудет Мессия из рода Давида.
В завершение этого разговора следует отметить, что и иудеи, и христиане видят в Гоге и Магоге инструменты, которыми попытается воспользоваться антихрист для достижения своих злых целей в период своего правления на земле.
В Ветхом Завете насчитывается более пятидесяти женских персонажей. Некоторым из них отводятся целые книги, например «Есфирь», другим – несколько глав или стихов, третьим – одна-две фразы, как повивальным бабкам, которых звали Шифра и Фуа.
Образы ветхозаветных женщин характеризуются многообразием характеров, положением в семье и обществе, ролью в исторических событиях и т. д. Некоторые из них отличаются изощренным коварством, неумеренной жестокостью, властолюбием. Так, Далида, или Далила, сначала искусно выведала тайну силы богатыря Самсона, которая заключалась в его волосах, а затем сдала силача филистимлянам (Суд. 16: 4—21).
Жена седьмого израильского царя Ахава – Иезавель, о которой рассказывается в Третьей книге Царств, отличалась не только неимоверным коварством, но поразительным неуважением к вере евреев. Обладая к тому же еще и твердым характером, она быстро подчинила своему влиянию мужа, а, поскольку являлась язычницей, в Самарии по её требованию был возведен храм и жертвенник языческому богу Ваалу, а также выделена дубрава для оргий в честь Астарты. «И поставил он Ваалу жертвенник в капище Ваала, который построил в Самарии (3 Цар. 16: 32).
