100 великих тайн дипломатии полностью

В то же время военный союз России с Германией совершенно не устраивал французов, желавших сближения России с Англией против Германии. Именно поэтому Франция стала самым активным действующим лицом в улаживании инцидента, а в качестве штаб-квартиры следственной комиссии предложила Париж. Впоследствии говорилось и о том, что «очень удачно выступил в роли посредника французский посол в Лондоне Камбон, благодаря которому зловещий инцидент был счастливо устранен и судьба мира спасена». Через неделю после инцидента, 16 октября, Поль Камбон явился к статс-секретарю иностранных дел Британии лорду Ленсдауну и сказал, что «сердечное согласие» (именно так переводится слово «Антанта») Англии и Франции не переживет нападения Англии на Россию как союзницу Франции. По словам посла, в случае такого исхода дела лондонские банки лишатся французских вложений, а это вызовет финансовый обвал в лондонском Сити. Британский долг в полтора миллиарда франков напугал Ленсдауна и побудил последовать советам Камбона.

Последовала советам французов и Россия, которая с лета 1904 года задолжала Франции 300 миллионов рублей. Поль Камбон мог ощущать себя победителем, как, впрочем, и вся французская дипломатия.

В Париже создали международную комиссию, в состав которой вошли пять адмиралов разных национальностей – Герман фон Спаун (австро-венгерский флот), Франсуа Фурнье (французский флот), Федор Васильевич Дубасов (российский флот), Льюис Энтони Бьюмонт (британский флот) и Чарльз Генри Дэвис (флот США). В работе комиссии принимал участие имперский чиновник России М.И. Неклюдов.

Дубасов высказал особое мнение, которое представляется вполне оправданным: среди судов рыболовной флотилии был японский миноносец, скрывшийся с места происшествия (пункт 13). В самом деле, учитывая опасную военную обстановку, с одной стороны, и достаточную подготовленность командования эскадры – с другой, можно все же предположить, что имела место хитрая провокация: едва ли опытные моряки могли так ошибиться. Патриотическая позиция и успешное разрешение инцидента принесли Дубасову место в свите русского императора и чин генерал-адъютанта.

Финальный отчет содержал 17 пунктов. Помимо уже известных обстоятельств, там упоминалось свидетельство капитана британского судна «Zero», зафиксировавшего время прохождения кораблей эскадры мимо его борта: он «рассмотрел их достаточно внимательно и позднее узнал их по описанию», а «результаты его наблюдений в целом согласуются с докладом адмирала Рожественского» (пункт 4).

Отмечалось, что большинство членов комиссии не считали приказы Рожественского «чрезмерными во время войны и особенно в тех обстоятельствах, которые адмирал Рожественский имел все основания считать очень тревожными», так как в тот момент даже для него невозможно было проверить точность предупреждений, которые он получил от агентов своего правительства» (пункт 8). Рыболовецкая флотилия в отчете описывалась как «тридцать маленьких судов, растянувшихся на территорию в несколько миль»: здесь напрашивается вывод, что причиной недоразумения могла стать такая разбросанность судов, принадлежность и назначение которых невозможно было установить.