М. Максимович, стремясь к синтезу биологии и шеллингианской натурфилософии, стал одним из первых ученых-эволюционистов России. Идеей движения, восхождения по ступеням прогресса от примитивных к сложнейшим формам пронизано его понимание природы как живого саморазвивающегося целого. Такое понимание бытия, основанное на данных естественных наук, он изложил в обстоятельном «Размышлении о природе», опубликованном в 1833 году. Этой книгой он обеспечил себе место в первом ряду не только естествоиспытателей, но и философов России.
В том же году появились размышления М. Максимовича о природе и задачах философии, опубликованные под названием «Письмо о философии» в либеральном московском журнале «Телескоп». В статье автор задается вопросом, что есть философия, и предлагает отталкиваться в его решении от самой этимологии этого слова: «любовь к мудрости». А если это любовь, то она не может строиться на основании только интеллектуальных рассуждений, а должна исходить от сердца. В этом отношении украинский ученый явно придерживается традиции Г. Сковороды, с некоторыми произведениями которого, вероятно, ознакомился еще в гимназии. В дальнейшем эти мотивы мы будем встречать как у русских славянофилов, начиная с А. Хомякова, так и у украинского философа П. Юркевича, ставшего учителем русского мыслителя В. Соловьева.
М. Максимович, как и названные представители самобытной традиции украинской и российской философии, был уверен, что настоящая, живая мудрость базируется на любви, что отвечает глубинным убеждениям всех крупных представителей киевской духовной школы, в частности Г. Сковороды, П. Авсенева, большинства кирилло-мефодиевцев, от В. Белозерского до П. Юркевича. При этом М. Максимович утверждал, что философия не является отдельной наукой, ее задача — познание внутреннего значения явлений в их органическом единстве и взаимосвязи.
Характерно, что уже в программной статье «Письмо о философии» М. Максимович, в духе шеллингианства, явившегося наиболее полным выражением духа немецкой философии эпохи романтизма, подчеркивает важность исторического подхода к явлениям. Формируясь и начиная свою научную жизнь в атмосфере, проникнутой культурой романтизма, он не мог не разделять романтических представлений о народе и его душе. Отсюда особый интерес Максимовича к народным, родным для него украинским песням как символическому, наиболее полному и непосредственному выражению народной души. Поэтому не удивительно, что, находясь в Москве, он выступает и как ученый-фольклорист, издав «Малороссийские песни» (1827) и «Украинские народные песни» (1834). Книги послужили мощным толчком к дальнейшему развитию украиноведения, были высоко оценены другом М. Максимовича А. Пушкиным, хорошо знавшим Украину и интересовавшимся песенным творчеством славянских народов. В дружеских связях украинский ученый находился едва ли не со всеми одаренными людьми России и Украины, особенно же с Н. Гоголем.
К 30 годам жизни М. Максимович полностью сформировался как ученый-универсал. В Москве, Петербурге и Киеве он уже имел солидную репутацию исследователя и преподавателя, непосредственно участвовавшего в работе по созданию Киевского университета, поэтому не удивительно, что именно он избирается его первым ректором.
Вопрос об открытии в Киеве университета современного типа (параллельно с Киево-Могилянской академией, которую планировалось реорганизовать в Киевскую духовную академию) обсуждался уже в первые — либеральные — годы правления Александра I. Но тогда, во времена Наполеоновских войн, в условиях усиления клерикального влияния при дворе и подавления Николаем I дворянской оппозиции — декабристов, — до учреждения университета очередь не дошла. В 20-х — начале 30-х годов XIX века единственным высшим учебным заведением Киева была Духовная академия, созданная на базе Киево-Могилянской. Польское восстание 1830–1831 гг. дало определенный импульс к принятию Николаем I решения об открытии университета для ограничения польского влияния в Юго-Западном крае, фактически — с целью тотальной руссификации (в состав региона, объединенного в пределах Киевского генерал-губернаторства, входили Киевская, Подольская и Волынская губернии) и укрепления на Правобережной Украине позиций Российской империи.
Открытие университета превращало Киев в мощный культурно-образовательный центр государства (наряду с Петербургом, Москвой и Варшавой) с неизменно возраставшим научным потенциалом. Это обеспечивало концентрацию интеллектуальных сил и способствовало значительному оживлению общественной жизни Киева, что вскоре проявилось в деятельности Кирилло-Мефодиевского братства.