Поселившись в Риме, он в то же время разъезжает по всей Европе: ездит лечиться в Германию, живет то в Ницце, то в Париже, нигде не находя ни душевного покоя, ни улучшения здоровья. В отсутствие Гоголя в Петербурге 9 декабря 1842 года в Александринке состоялось первое представление комедии «Женитьба». Как писал Белинский, «комедия играна гнусно и подло, Сосницкий (Кочкарёв) не знал даже роли». Гоголя страшно расстроил провал спектакля. 5 февраля 1843 года «Женитьба» с большим успехом была поставлена труппой Малого театра в бенефис М. С. Щепкина, состоявшийся на сцене Большого. Однако московский успех не облегчил душевного кризиса.
Дом семьи Гоголей-Яновских в с. Васильевка (теперь Гоголево).
Теперь Гоголь все силы отдает только «Мертвым душам». Утопическая идея «светлой России», во имя которой он начал писать вторую часть, видится ему настолько несостоятельной, что в июле 1845 года он сжигает несколько глав готовой рукописи. Под влиянием нарастающих религиозных настроений Гоголь снова и снова пытается переосмысливать свои произведения — пишет в 1846–1847 годах «Развязку „Ревизора“», затем «Дополнение к развязке „Ревизора“». Но его морализаторские потуги встречают отпор со стороны самых близких друзей. Щепкин категорически отказывается от постановки «Развязки» и отговаривает Гоголя печатать ее. Столь же неудачной была попытка написать вторую часть «Портрета» и перевести обличительную идею его в мысли о примиряющей роли искусства… Испуганный выводами, которые неизбежно следовали из его лучших произведений, изолировав себя в Европе от передовой русской мысли, поддерживая переписку с ограниченным кругом друзей, Гоголь в январе 1847-го издает «Выбранные места из переписки з друзьями», предисловием к которым ставит завещание, написанное в Гамбурге в 1845 году — именно тогда, когда сжигал рукопись «Мертвых душ». Новую книгу составили письма, адресованные П. А. Плетневу (ректору Петербургского университета, издателю журнала «Современник»), С. П. Шевыреву (профессору Московского университета, сотруднику реакционного погодинского «Москвитянина»), В. А. Жуковскому, Н. Языкову, А. П. Толстому и другим, а также статьи о Пушкине, Карамзине, о русской поэзии и др. «Душа моя изнемогла… я думал, что в книге моей скорее зерно примирения, а не раздора, — писал Гоголь в „Авторской исповеди“. — Мне показалось только непреложной истиной, что я не знаю вовсе России, что многое изменилось с тех пор, как я в ней не был»…
Осознавая необходимость вернуться на родину и все увидеть собственными глазами, писатель в мае 1848 года, посетив Иерусалим, возвращается через Одессу в Васильевку. А в сентябре приезжает ненадолго в Петербург, где знакомится с Некрасовым, Гончаровым и другими сотрудниками «Современника». Однако эта встреча оставляет у всех какое-то ощущение неловкости, принужденности. Гоголь уезжает в Москву, где живет сначала у Погодина, а затем у А. Толстого — в доме Талызина у Никитских ворот.
Он бесконечно переписывает рукопись, но так и не может дописать «Мертвые души». Летом 1849 года он читал главы второго тома Смирновой и Аксаковым в Абрамцево, но все это выглядело неубедительно. Душевный кризис нарастал.
Не вполне понятна роль графа А. П. Толстого, в семье которого Гоголь жил последние годы. С его слов — в ночь на 11 февраля, за десять дней до смерти, Гоголь сжег второй том «Мертвых душ» и прочие рукописи. Уцелели только письма Пушкина, Жуковского и его личные. Утром Гоголь будто бы сказал графу Толстому: «Вообразите, как силен злой дух! Я хотел сжечь бумаги, давно уже на то определенные, а сжег главы „Мертвых душ“!». Среди бумаг, оставшихся в доме после смерти Гоголя, были обнаружены первые четыре главы черновика «Мертвых душ» и еще одна глава, не обозначенная номером. С. П. Шевырев, литератор и друг Гоголя, переписал подготовил их к печати, и они были изданы в 1855-м — в первый год правления Александра II. Последние две недели Гоголь ничего не ел, только пил воду, разбавленную красным вином. Умер он 21 февраля (4 марта по новому стилю) 1852 года.
Как свидетельствует теща М. Погодина, находившаяся рядом с писателем до самой его кончины, в последние минуты он требовал: «Лестницу! Поскорее лестницу…». Куда спешил подняться Гоголь в последние мгновения жизни, мы никогда не узнаем… Все имущество, оставшееся после кончины Гоголя, не считая разной мелочи, составляли шуба, шинель и часы, а также 170 рублей 10 копеек от продажи книг. Истинным богатством великого писателя был его портфель с рукописями.
Гроб с телом Гоголя был поставлен для прощания в церкви Московского университета. Крышку гроба закрыл Щепкин. Похороны состоялись на третьи сутки — 24 февраля на кладбище Свято-Данилова монастыря, снесенном в 1932 году в связи с реконструкцией Москвы.
