Молодой и эгоцентричный декан, не видящий в женщинах ничего, кроме возможности удовлетворить мужские нужды, впервые получает отказ от красотки. Раненое самолюбие ловеласа заставляет его впервые почувствовать отверженность. Никто и никогда не смел ему отказывать! Это он всегда «прокатывал» влюбленных в него студенток. На помощь ему случайно приходит серая мышка, работающая в универе лаборанткой, которая и составляет ему компанию, помогая зализать раны. Она не нужна ему, но только мышка решила во что бы то ни стало получить этого мужчину и завоевать его любовь. #Очень_откровенно #бдсм #эгоистичный_герой #серая_мышь
Федор Петрович едва сдержал зевок, сгорая от скуки на совещании по подготовке к новому учебному году. Ректор что-то рассказывал про увеличение количества студентов, про изменение штатного расписания и выплату премий, потом перешел к вопросу организационной структуры и подбора кадров для работы в университете.
Федор слушал его вполуха, рисуя в своей записной книжке завитки и ромбики. До сентября оставалось еще полмесяца, а ректор уже собирает почти ежедневные совещания, которые длятся часами, заставляя погибать от скуки. А, учитывая тот факт, что Федор Петрович почти не спал по ночам за последние два месяца, эти дневные сходки давались ему с большим напрягом.
Федор посмотрел на сидящих за столом для совещаний коллег и горестно вздохнул: ни одного симпатичного молодого лица, хотя, наверное, сейчас это для него даже лучше. На работе он не любил заводить интрижки, только если уж объект был очень и очень любопытным.
В свои тридцать четыре года, став деканом экономического факультета, Федор прекрасно осознавал, чего ему может стоить любовный роман на рабочем месте. Он еще раз посмотрел на секретаршу ректора, которая что-то усердно записывала в своем блокноте и снова подавил зевок. Хоть и грудастая деваха, но по лицу видно, что та еще мегера.
Мысли о груди заставили Федора мысленно вернуться к прошедшей ночи. На этот раз Наташа. Она уже давно подбивала клинья к Федору, при каждом удобном случае появляясь в той же компании, что и он, поэтому, спустя почти месяц, ей удалось оказаться в его постели.
Еще на входе в его холостяцкую берлогу, Наташа уже начала диктовать свои правила, чем сразу поставила крест на возможности встреч в будущем: она принялась собирать с пола носки Федора, потом долго причитала, заглянув в его холодильник, а, когда Федор открыл банку пива, которую хранил на черный день, совсем с катушек слетела.
Пришлось закрыть ей рот поцелуем, а потом еще и потрогать ее наливную грудь, которая являлась несомненным достоинством Натальи. Сняв с нее тугой лифчик, Федор коснулся огромной груди, которая была тяжелой и горячей, как он любил.
Стянув с Наташи платье, Федор залюбовался ее грудью. Огромная, высокая, упругая, с широкими темно-коричневыми сосками – она манила Федора, как манит запретный плод.
Он впился губами в ее сосок, представив себя маленьким мальчиком, сосущим грудь матери. От этой мысли возбуждение слегка отступило, но, когда он снова коснулся ее сосков, член напрягся в брюках, просясь на волю.
– Хватит, Федя, – заныла Наташа, понимая, что все его внимание приковано только к ее груди, – Давай уже потрахаемся.
Федор терпеть не мог нытья, особенно, когда дело касалось секса. То голова болит, то месячные, то тут больно, то так неудобно, то не надо прелюдий… Баба не должна диктовать условия. Это против его личных правил.
Он начал злиться на Наташу и уже строил планы о том, как выпроводит ее за дверь сразу после секса.
Она улеглась на его кровати, брезгливо скинув с нее, сиротливо валяющуюся, грязную рубашку и притянула Федора к себе. Он едва успел снять джинсы, как она уже прижала его ногами к себе и вцепилась в его плечи мертвой хваткой.
Федор разочарованно думал о том, что минета ему не светит, и к груди доступ закрыли. Что же за невезуха такая? Закрыв глаза, он опустился на горячее тело Наташи, прижавшись своей грудью к ее груди. Ее соски торчали, слегка покалывая нежную кожу на его груди, и от этого к Федору постепенно начало возвращаться возбуждение.
Наташа опустила руку и дотронулась до его оттопыренной ширинки:
– Большой мальчик, – захихикала она и сжала член Федора, торчавший через джинсы. Он потерся членом об ее обнаженное бедро и с радостью понял, что готов уже трахнуть эту бессмысленную голую девку.
Он быстро стянул джинсы и уперся членом в ее лобок. Она посмотрела вниз и довольно облизнулась: еще бы, размер его члена не мог не удивлять. Длинный, толстый, с большой розовой головкой, которая, вонзаясь в женскую плоть, почти сразу доводила любую девчонку до оргазма.
Направляя член рукой, Федор, наконец, погрузил его в горячую промежность Наташи, от чего та издала какой-то внутриутробный звук, похожий на рык.
Он скользнул глубже и вот, наконец, почувствовал, как его член полностью погрузился в место для получения райского наслаждения. Федор начала медленно двигаться, а его любовница продолжала стонать от каждого его движения.
Чтобы хоть немного заткнуть ее, Федор впился в ее губы с поцелуем, и та замолчала, только крепче прижав его ягодицы ногами. Когда Федору надоела езда сверху, он быстренько перевернул Наташу на живот и вошел сзади, так она стонала, уткнувшись лицом в подушку, а он мог поглубже просунуть в нее свой немаленький член.
Чувствуя приближение развязки, Федор вынул член и брызнул спермой на спину девушке, и та снова заныла:
– Федя! Ну ты не мог сделать это в полотенце?
