— Да-да. Подождите минутку, пока я принесу кое-что из подсобки. И поверните табличку на двери словом «ЗАКРЫТО» к стеклу, хорошо? Я хочу вам кое-что показать… возможно, не совсем… нет, может, оно и законное, но кто знает? Разве Молчаливый Майк Макикерн адвокат?
— Полагаю, что нет.
Мой поводырь по электронике шестидесятых вернулся с устройством странного вида в одной руке и маленькой картонной коробкой в другой. На коробке я увидел японские иероглифы. Устройство напоминало дилдо для фей на черном пластмассовом цилиндре, толщиной три дюйма и диаметром с четвертак. Из цилиндра торчали проводки. Молчаливый Майк поставил его на прилавок.
— Это «Эхо». Изготовлено в этом самом городе, сынок. Если кому и по силам переиграть Японию, так это нам. К семидесятому году в Далласе электроника заменит банковское дело. Попомните мои слова. — Он перекрестился, посмотрел в потолок и добавил: — Господи, благослови Техас.
Я взял приборчик с прилавка.
— И что делает «Эхо», когда сидит дома, положив ноги на пуфик?
— Это то самое подслушивающее устройство, которое вы хотите приобрести. Оно маленькое, потому что в нем нет вакуумных ламп, и работает оно не от батареек. Использует обычный переменный ток, как и бытовые приборы.
— Его втыкают в розетку?
— Конечно, почему нет? Ваша жена и ее бойфренд увидят его и скажут: «Как здорово, в наше отсутствие кто-то поставил подслушивающее устройство. Давай с шумом повозимся на кровати, а потом поговорим о личных делах».
Чудик, конечно, но не зря говорят, что терпение — залог успеха. А мне требовалось то, что только он и мог предложить.
— Так что с ним делают?
Он постучал пальцем по цилиндру.
— Вот это устанавливается в основании лампы. Не напольной лампы, если, конечно, вы не хотите услышать, как мыши бегают по половицам, понимаете? Настольной лампы, на том уровне, где говорят люди. — Он провел рукой по проводкам. — Красный и желтый соединяются со шнуром лампы, который и вставляется в розетку. Устройство не работает, пока кто-то не включит лампу. А как только включит — бинго, все в ваших руках.
— Вторая часть — микрофон?
— Да, очень неплохой для сделанного в Америке. А теперь… видите два других проводка? Синий и зеленый?
— Да.
Молчаливый Майк открыл картонную коробку с японскими иероглифами, достал кассетный магнитофон. Больше пачки сигарет «Винстон», которые курила Сейди, но не так чтобы намного.
— Эти проводки подсоединяются сюда. Цилиндр устанавливается в лампу, магнитофон кладется в ящик комода, возможно, под нижнее белье вашей жены. Или просверлите дырочку в стене и положите его в стенной шкаф.
— Магнитофон также подсоединен к шнуру лампы?
— Естественно.
— Могу я получить два этих «Эха»?
— Я достану вам и четыре, если хотите. Займет неделю.
— Двух хватит. Сколько?
— Эти штуковины не из дешевых. Пара обойдется вам в сто сорок баксов. Это моя последняя цена. И заплатить придется наличными. — В его голосе слышалось сожаление, словно мы вместе любовались очень милой техногрезой, а теперь вот приходилось возвращаться к серым будням реальности.
— Во сколько мне обойдется установка? — Я заметил тревогу в его глазах и поспешил ее рассеять. — Я говорю не об установке на месте, ничего такого. Просто вставить эти штуковины в пару ламп и подсоединить к магнитофонам… это вы сможете?
— Разумеется, смогу, мистер…
— Скажем, мистер Доу. Джон Доу.
Его глаза блеснули, как, наверное, блеснули глаза Э. Говарда Ханта[111], когда перед ним поставили весьма сложную задачу: обеспечить прослушку «Уотергейта».
— Хорошее имя[112].
— Благодарю. И хорошо бы иметь провода разной длины. Короткие, если я захочу поставить магнитофон близко, и подлиннее, если потребуется спрятать его в шкафу или с другой стороны стены.
— Я могу это сделать, но длина не должна превышать десяти футов, иначе голоса станут неразборчивыми. Опять же, чем длиннее провод, тем выше шанс, что кто-то его найдет.
Это понимал даже учитель английского языка и литературы.
— Сколько за все?
— Ммм… сто восемьдесят?
Чувствовалось, что он готов уступить, но у меня не было ни времени, ни желания торговаться. Я выложил на прилавок пять двадцаток.
— Остальное получите, когда я буду забирать устройства. Но сначала мы их проверим и убедимся, что все работает. Согласны?
— Да, отлично.
— И еще. Используйте старые лампы. Обшарпанные.
— Обшарпанные?
— Как будто их купили на дворовой распродаже или на блошином рынке за четвертак. — После того как поставишь несколько пьес (считая поставленные в ЛСШ, «О мышах и людях» была для меня пятой), начинаешь кое-что смыслить в декорациях. Мне меньше всего хотелось, чтобы кто-нибудь украл лампу с подслушивающим устройством из частично обставленной квартиры.
С мгновение он недоуменно смотрел на меня, потом его лицо расплылось в понимающей улыбке.
— Ясно. Реализм.
