В низких казармах возникла ленивая суета, расслабленные вынужденным бездействием солдаты стали туги на подъем. Кто-то медленно начал скручивать и убирать на предписанное место циновки, другой пустился в поиски места, чтобы спрятать запрещенные гвардейцами кости и карты, третий схватился за метлу и лихорадочно взялся за наведение порядка. Караульные разбрелись по постам, с нетерпением ожидая команды отбоя.
Наконец, тройка путников преодолела две трети пути и всматривающийся через колеблющийся воздух капитан, облегченно воскликнул:
- Это ж, Брунар, тролль его дери! Раз, так его перетак! Отбой всем! Ложная тревога!
Возникшее по поводу отбоя оживление быстро стихло, погрузив пост охранного гарнизона в привычную для данного времени года тихую дрему. Лишь один караульный продолжил нести свою вахту, периодически кидая короткий взгляд на клубящиеся пески на горизонте и надолго останавливая мечтательный взор на далеких городских укреплениях.
Тройка лучших бойцов самого крупного города Великой пустыни неспешно подошла к поджидающему их капитану.
- Здравствуй, Карихад! – Брунар поднял вверх правую руку с раскрытой ладонью, приветствуя капитана солдат.
- Тролль тебя дери, Брунар! – Карихад приблизился к третьему бойцу и дружески обнял его. – Какого рожна, тебе понадобилось вытаскивать свою прославленную задницу за крепостные стены? Или надоело наслаждаться томной негой богатства, и ты решил тряхнуть стариной?
- Решил, решил! – Улыбался Брунар. – А ты, небось, подумал, что гвардейцы решили тебе проверочку устроить? Ну же, признайся старый хрыч, а?
- Твоя, правда, Брунар. – Кивнул капитан.- Вот, в прошлом году, они взяли и нагрянули на пост Селевера. Бедолага до сих пор в тюрьме сидит, а какой капитан был!
- А, вот нечего, солдат распускать. – Брунар погрозил старому приятелю пальцем. – Вон, посмотри на своих бойцов, тряпки, а не воины.
- Ой, послушать тебя, так твой отряд охраны в это время года усердно тренируется. Даже бротные всадники сидят сейчас по щелям и носа не кажут. Не, Брунар, у нас есть еще как минимум неделя бурь, и мы потратим её на полноценный отдых.
- Если государство не заботится об отдыхе служивых, то природа в наших краях на подобные подарки весьма щедра. – Брунар хлопнул Карихада по плечу. – Ну же, давай рассказывай, как у тебя тут.
- Новостей немало накопилось, - капитан оглянулся на спутников Брунара, - быть может лучшие бойцы Зукандара продолжат свой путь после обеда7
Брунар взял Карихада под руку и повел к скамье возле капитанского жилища:
- Они согласны. – Прошептал Брунар на ухо капитана тоном заговорщика. – Дерутся-то они меня лучше, но командую все равно я.
Карихад засмеялся:
- Ой, пройдоха.
Когда Брунар с капитаном отошли и уселись на скамью, Слаш обратился к Максиму:
- У меня здесь знакомый служит, любитель в карты поиграть, ты не против, если я…?
- Да иди, конечно.
Послонявшись вдоль затихшего поселка, юноша обратил внимание на печную трубу, дымящую над крышей одного из строений. Проходя мимо низкого не остекленного окна, его взгляд зацепился за кирпичный очаг, в глубине которого висел котел, наполненный кипящей похлебкой. Под котлом полыхало фиолетовое пламя, выбрасывающее ярко красные искры. Рядом с очагом копошился раздетый по пояс солдат, нарезающий не знакомые Максиму коренья и закладывающий их в суп. Юноша заглянул в не закрывающуюся дверь:
- Помощь нужна?
Солдат, совсем юный на лицо, оторвался от своего занятия, чтобы посмотреть на прибывшего, затем указал на широкий глиняный таз, наполненный очищенными кореньями:
- Мне нужно порезать эту троллеву уйму корней, если хочешь, нож вон там есть.
Взяв с деревянной полки нож и свободную миску, Максим пристроился с другой стороны очищенных корней:
- Чудной у тебя огонь в печи.
- Хм. – Солдат с любопытством посмотрел на Максима. – Не местный, да?
- Ага. – Кивнул Максим. – Гостил тут у друга.
- А. Это лютр. – Солдат кивнул на сваленную сбоку от печи горку желтых брусков, похожих на слюду. - То я думаю, на рекрута вроде не похож. Хотя, я вначале подумал, что нам новенького прислали, обрадовался даже.
- Что, замучили тебя? – Усмехнулся Максим.
- Я здесь уже четыре месяца, и все время приходится варить, прибираться, стирать. – Солдат вздохнул. – Но, по крайней мере, жалованье не отбирают, и на том спасибо.
- А долго служить-то?
- Пока не состаришься! – Удивился солдат неосведомленности собеседника. – Можно еще разбогатеть и уйти со службы, но это маловероятно.
- Чем бы стал заниматься, если бы у тебя появилась пара золотых?
Солдат задумался на минуту:
- Пары мало. Вот четырех хватило бы.
- На что?
- На возрождение гончарной лавки отца.
- Ты гончар? – Теперь удивился Максим.
- Да. – Кивнул солдат. – С самого детства. Потом отец сильно заболел, и все средства ушли на лечение, которое так и не помогло. Чтобы похоронить его, нам с матерью пришлось продать все гончарное оборудование и, чтобы не лишиться домика с мастерской, мне пришлось идти в солдаты, лелея мечту, что скоплю денег и открою мастерскую Юша.
- Юш, это твое имя?
- Да.
- А что за корни мы режем? – Сменил тему Максим.
