Миссис Аклтон следила за разговором, пожалуй, немного более внимательно, чем требовала простая вежливость. Я незаметно обменялась с Мадлен улыбками: всё шло по плану.
— А для прогулок погода не слишком подходит, — подытожила Паола. — Полагаю, нам сегодня следует последовать примеру сэра Клэра Черри и остаться дома. Вы бы не хотели посмотреть, какие успехи делает ваш воспитанник?
И беседа плавно свернула к трудностям воспитания молодого поколения. Если миссис Аклтон и было, что сказать по этому поводу, она предпочла промолчать и уйти сразу после завтрака, сославшись на дела в деревне.
Эллис победно улыбнулся:
— Ну, что ж, можно и начинать. Ждите в условленном месте. Лайзо вас заберёт…
«…если всё и дальше пойдёт по плану», — это так и осталось не озвучено.
Мы с мистером Панчем нужны были в самом последнем акте грандиозного представления — адвокат и землевладелица, два безупречных свидетеля, которые подтвердили бы показания. Поэтому нам следовало ожидать неподалёку от места, где разворачивались основные события… Места в партере не только обеспечивают наилучший вид, но и становятся весьма опасными, если артисты вдруг принимаются жонглировать острыми ножами или выдыхать пламя. Впрочем, беззащитной я не была; компанию мне составляли трость, револьвер и Мадлен.
Когда Эллис ушёл, то через некоторое время коттедж скрытно покинули и мы с мистером Панчем. Клэр и Джул ушли ещё на рассвете, дабы подготовить место. Таким образом, у Аклтонов оставалась только Паола — присмотреть за детьми и за сёстрами Лоринг заодно.
Ожидать пришлось в двухэтажном кирпичном доме здешнего доктора неподалёку от церкви и кладбища, ближе к холмам, чем к деревне. В подвале уже сидел связанный Руперт. Полагаю, уже это порядком выбило из колеи престарелых хозяев и проживавшую с ними вдовую племянницу с маленьким сыном, однако возражать детективу из Управления, облечённому немалой властью, никто не стал. Доктор и его семья тихо сидели в гостиной на первом этаже, а нам уступили кабинет на втором. Оттуда открывался прекрасный вид на сцену, где творил Эллис.
Я не могла точно видеть, что происходило там, однако догадывалась — по торопливому перемещению человеческих фигурок между кладбищем и холмами, по вспышкам, по клубам дыма, сопоставляя всё с изложенным накануне планом и надеясь, что никто не пострадает.
Воображение рисовало картины так ясно, как если бы я сама находилась там.
…приглушённый из-за расстояния хлопок. Майлз Дарлинг попадает прямо в ловушку и пытается застрелить Эллиса, но «ранит», разумеется, загодя изготовленную куклу. Та падает, как подкошенная, заваливаясь в овражек между холмами — это Клэр тянет за верёвку, утаскивая муляж. Дарлинг, разумеется, не может удержаться от искушения и лезет следом.
…дым валит прямо из-под ног. Роберт Блаузи так и не раскрыл своего секрета, но помочь всё-таки согласился. В багрово-чёрных клубах с перепугу мерещатся жуткие лица; они стекают к овражку, там снова густеют и взмывают вверх — заложенные в снегу дымовые шашки, хитроумные трубки, алхимические смеси? А из-за этого зыбкого занавеса выступает воистину чудовищная фигура в два человеческих роста и рокочет: «
Голос Джула искажён чудовищно. Дарлинг вскидывает ружьё, однако выстрелить не успевает — снова со всех сторон начинает валить дым, а снежную бурю перекрывает ужасающий то ли вой, то ли стон, в котором звучит громоподобное:
В дыму мелькают строгие и светлые лица, искажённые гневом; вряд ли Роберт Блаузи имеет к ним хоть какое-то отношение…
Когда Мадлен тронула меня за плечо, я едва не закричала.
— Пора.
— Неужели заснула? — Голова была странно тяжёлой. — Сколько времени прошло?
— Чуть меньше часа с тех пор, как всё началось, — ровным голосом подсказал адвокат. — Мистер Маноле готов отвести нас на место. Прошу прощения за неделикатный вопрос, но вы хорошо себя чувствуете, леди Виржиния? Вы так долго сидели с закрытыми глазами, что это, надо признаться, внушило мне некоторые опасения.
— Метель усыпляет, — отговорилась я, чувствуя себя весьма неловко. Интересно, был ли мой короткий сон отражением того, что действительно произошло, или же он соткался из беспокойных мыслей? — Не будем же медлить.
Лайзо ожидал внизу. Он быстро посмотрел на меня — зелень и густая тьма — и сказал, обращаясь к мистеру Панчу:
— У вас есть с собой личная печать, чтобы заверить протокол?
— Да, — кивнул адвокат. — Судя по вопросу, предприятие завершилось удачно?
— Можно и так сказать, — уклончиво ответил Лайзо. — Есть… сюрпризы.
Пока мы шли через метель, сгибаясь от ветра, я гадала, что бы это значило. Мадлен крепко держала меня за руку, точно боясь потерять — да и немудрено в такую погоду! Очки адвоката сделались белыми, а одно стекло, кажется, треснуло.
«Плохой знак», — промелькнула мысль, хотя в известной дурной примете говорилось только о расколовших чашках и бокалах.
