13 сокровищ полностью

Успешное перевоплощение в смертных требует немало магической силы, однако фейри можно распознать по поведению. Их речь часто звучит неестественно, архаично, порой они говорят в рифму. Одеваются по-старинному или совершенно неуместно. Зачарованные желуди или камешки могут выглядеть как монеты, но уже через несколько дней, а иногда и часов после заключения сделки и оплаты товара они принимают свой природный вид».

Взбудораженная открытием, Таня захлопнула фолиант. Успокоив прерывистое дыхание и отобрав для себя книги, она собралась уходить, но тут ее внимание привлек небольшой томик, лежащий на столе. Это был щедро иллюстрированный «Сон в летнюю ночь» Шекспира. Стоило начать листать – как оттуда что-то выпало. Таня наклонилась и подняла с пола пожелтевшую от времени вырезку из местной газеты. Дата сохранилась – 22 июня, чуть больше пятидесяти лет назад. «ПРОПАВШАЯ ДЕВУШКА» – гласил заголовок.

«Вчера начались поиски дочери священника, не вернувшейся домой прошлой ночью. Полиция сбита с толку исчезновением четырнадцатилетней Морвенны Блум, которая отправилась на прогулку в Лес Висельника и бесследно пропала.

Представитель полиции заявил, что существуют серьезные опасения по поводу ее судьбы. Последним Морвенну Блум видел шестнадцатилетний юноша около печально известных Катакомб Висельника, унесших за эти годы не одну жизнь и к тому же привлекающих самоубийц. Полиция допросила его и отпустила, не предъявив обвинения. И снова местные жители призывают оградить провалы в земле в целях безопасности».

Таня положила вырезку обратно в книгу. Катакомбы Висельника находились посреди леса, уходили вглубь и разветвлялись на подземные туннели, протянувшиеся на многие мили. Считалось, что впадины имеют естественное происхождение, хотя некоторые полагали, что это остатки старых меловых шахт. Лишь в последние годы вокруг каждого провала были установлены ограждения, но Уорик все равно запрещал Тане и Фабиану уходить дальше ручья, протекавшего по лесной опушке. Тане, правда, и так не хотелось в лес. Наверняка там множество фейри – достаточная причина туда не рваться.

Кто-то откашлялся у нее за спиной.

Подскочив от неожиданности, Таня резко обернулась. В дверях стояла бабушка.

– Что ты тут делаешь?

Таня сглотнула, осознавая, что лицо у нее наверняка виноватое.

– Я просто… Дверь была открыта, и я зашла взглянуть…

Флоренс переступила порог и взяла книгу с одной из полок.

– Некоторые очень старые. – Она провела пальцем по пыльной обложке. – Есть те, что здесь с тех пор, как построен дом, – больше двухсот лет.

Таня напряженно ждала, что сейчас ее отругают.

– Я нашла вот это. – Она вынула газетную вырезку из томика Шекспира. – Заметка о девушке, пропавшей пятьдесят лет назад.

На лице бабушки мелькнуло странное выражение, похожее на страх. И тут же сменилось обычным бесстрастием.

– Мы с ней ровесницы… Ходили в одну и ту же школу. Ее отец был священником в маленькой церкви неподалеку.

– Вы дружили?

– Да. Некоторое время, когда были младше. – Флоренс сделала паузу, будто что-то ее тревожило. – Наши пути… разошлись.

– Ее нашли? – спросила Таня.

– Нет. Больше ее никто не видел. – Флоренс положила вырезку на стол и сдула паутину. – Тут нужна хорошая уборка. Уорик обещал заняться этим несколько недель назад, но руки у него так и не дошли.

– Я могу помочь, – предложила Таня, представляя, какие возможности для поиска информации откроются, если удастся порыться в библиотеке беспрепятственно.

Флоренс c непроницаемым лицом смотрела на нее в упор:

– Спасибо. Уверена, Уорик с благодарностью примет твою помощь.

Ее синевато-серые глаза задержались на браслете.

– А я все думала, где же он. – Она подняла браслет и подержала на свету. Потускневшие подвески слегка заиграли в солнечных лучах.

– Он твой? – спросила Таня.

– Да. Это старое фамильное украшение. Уже много лет в нашей семье.