Томас пытался представить себе карту незнакомой территории и заполнить ее в соответствии с туманными сведениями о местонахождении армий. Он знал, что французы стягивают силы: бойцы с юга Франции собираются в Бурже, тогда как северяне под началом короля наверняка сосредотачиваются где-нибудь близ Парижа. Но где принц Уэльский? Он ведет новое шевоше – опустошительный набег через самое сердце Франции, оставляя за собой сожженные фермы, разрушенные мельницы, города в руинах и истребленный скот. Шевоше – предприятие безжалостное, но оно разоряет врага. В конце концов, если французы хотят остановить англичан, им придется покинуть стены своих замков и крепостей и дать бой – тогда полетят стрелы. Сотни и тысячи стрел с гусиным оперением.
– На твоем месте я бы пошел на запад, – посоветовал Анри. – Сначала в Лимож, потом в Пуатье, а оттуда на север, в направлении Тура. Где-нибудь наверняка пересечешься с принцем.
– Пуатье расположен в Пуату?
– Естественно.
– Человек, пытавшийся ослепить Женевьеву, может быть там, – промолвил Томас, но не добавил, что там может находиться и Малис. Впрочем, он не знал, верит ли в существование меча.
– Как насчет Женни? – осведомился Куртуа. – Она останется здесь?
Томас покачал головой:
– Святой Павел учил, что жены должны повиноваться мужьям своим, но никто не удосужился втолковать это Женни.
– Как ее глаз?
Томас поник. Женевьева сшила кожаную повязку на глаз, которую не любила надевать, но уж лучше повязка, чем молочная белизна поврежденного глазного яблока.
– Брат Майкл думает, что глаз уцелеет, только видеть ничего не будет. – Томас пожал плечами. – Ей кажется, что она превратилась в уродину.
– Женни не может быть уродливой, даже если бы попыталась, – галантно заметил старый рыцарь. – А как насчет брата Майкла? Возьмешь его с собой?
Томас усмехнулся:
– Он в полном твоем распоряжении. Дай ему арбалет, – думаю, он научится стрелять и не попадать в самого себя.
– Ты не хочешь его брать?
– И смотреть, как он сохнет по Бертилле?
Куртуа хмыкнул.
– Боже, ну и быстр же он! – воскликнул шевалье, наблюдая, как Роланд де Веррек сражается с двумя соперниками одновременно, стремительно отражая их атаки своим мечом.
Казалось, это совсем не требует от него усилий, хотя оба соперника явно выкладывались целиком, стараясь преодолеть его защиту.
– Он едет с тобой на север, – произнес Анри.
– Таково его желание, да.
– Знаешь почему? Он больше не хочет быть рыцарем-девственником.
– От этого есть простое средство! – Томас рассмеялся. – Удивляюсь, отчего это он до сих пор не прибег к нему.
Шевалье Анри смотрел за боем Роланда.
– Он великолепен! Как ему удалось отразить тот выпад?
– Искусство, – ответил Томас. – И тренировка.
– И целомудрие, – добавил Куртуа. – Де Веррек убежден, что тайна его искусства кроется в целомудрии.
– Господи, тогда я должен быть настоящим слабаком! Он серьезно?
– А перед тем как ему жениться на Бертилле, ее нужно сделать вдовой. И он не намерен терять свою девственность до свадьбы.
– Боже правый! – воскликнул Томас. – Правда?
– Роланд говорит, что они обручены. Можно обручиться с замужней женщиной? Кстати, он потолковал с отцом Левонном и пришел к выводу, что не нарушит свое целомудрие, женившись. Но чтобы жениться на графине, она должна быть вдовой, поэтому сначала ему придется убить ее супруга.
– Надеюсь, отец Левонн объяснил, что Лабруйяд едва ли погибнет в битве.
– Почему нет? – удивился Куртуа.
– Потому что он слишком богат. Его стоимость как пленника составляет целое состояние. Если дела примут скверный оборот, ублюдок просто сдастся, и никто не откажется от огромного выкупа, чтобы помочь Роланду де Верреку потерять девственность.
– Сомневаюсь, что наш рыцарь-девственник в полной мере это осознает, – заметил Анри. – А как насчет сэра Робби?
– Он едет со мной, – отрезал Томас, и голос его прозвучал угрюмо.
Куртуа кивнул:
– Ты не доверяешь ему?
– Скажем так: предпочитаю, чтобы он постоянно был у меня на виду.
Анри помассировал лодыжку.
– Его человек вернулся на север?
Англичанин кивнул. Скалли выразил желание возвратиться к лорду Дугласу, и Бастард поблагодарил его, дал кошель с деньгами и отпустил на север.
– Напоследок он пообещал в будущем убить меня, – сообщил Томас.
– Господи, да это ужасное создание!
– Ужасное, – согласился Томас.
– Думаешь, он доберется до французской армии?
– Уверен, что Скалли и дорога сквозь ад не повредит, – отозвался Томас.
– Скалли – это шотландское имя?
– Говорит, его мать была англичанкой. Он взял ее имя, потому что имя его отца ей было неизвестно. Шайка шотландцев пленила ее в Нортумберленде и, судя по всему, пустила по кругу.
– Так, выходит, он на самом деле англичанин?
– Только не по его мнению. Очень надеюсь, мне не придется драться с этим ублюдком.
