Томас развернул лезвие и показал изогнутый шип.
– При удаче ты можешь с помощью этой штуки повалить врага. Зацепи его или столкни, а потом добей ублюдка острием. Если нравится – бери, только повяжи под топорищем какую-нибудь тряпицу.
– Зачем?
– Если не хочешь, чтобы кровь стекала по рукоятке – она от этого станет скользкой. И попроси Сэма обмотать ее тетивой, чтобы хват был крепче. Городского кузнеца знаешь?
– Того, которого кличут Косым Жаком?
– Он заточит лезвие. Но сначала ступай во двор и поупражняйся. Изруби на кусочки один из столбов. У тебя есть два дня, чтобы стать мастером.
Двор уже был полон упражняющимися. Томас уселся на верхней ступеньке лестницы, что вела в донжон, и приветливо улыбнулся шевалье Анри Куртуа. Тот пристроился рядом, потом подогнул лодыжку и поморщился.
– Еще болит? – спросил Томас.
– Все болит. Я стар. – Шевалье Анри нахмурился. – Дашь мне десять?
– Шесть.
– Господи Исусе, только шесть? Как насчет стрел?
Томас поморщился:
– Стрел мало.
– Шесть лучников и стрел мало, – уныло подытожил Куртуа. – Может, проще распахнуть ворота замка?
– Так забот было бы куда меньше, – согласился Томас, заставив Анри улыбнуться. – Я выделю тебе тысячу стрел.
– Почему мы сами не можем их делать? – расстроенно поинтересовался кастелян.
– Лук я способен изготовить за два дня, – объяснил Томас. – Но на одну стрелу нужна неделя.
– Но ты ведь можешь взять стрелы у принца Уэльского?
– Надеюсь, – ответил Томас. – Он привезет сотни тысяч. Целый обоз со стрелами.
– И на каждую уходит неделя?
– Этим занимается много народа, тысячи людей в Англии. Одни режут древки, другие куют наконечники, третьи собирают перья, иные приклеивают и вяжут их, кто-то делает зарубки для тетивы, а мы пускаем стрелы.
– Десять латников? – забросил удочку Анри.
– Семь.
– Восемь, – сказал Куртуа. – Иначе ты оставишь мне чертову дюжину.
– С тобой будет четырнадцать, – возразил Томас. – А вскоре станет шестнадцать.
– Шестнадцать?
– Тот пленник в темнице. Его обменяют на Галдрика и двоих наших латников. Они должны прибыть со дня на день. Так что шестнадцать. Господи, да, имея шестнадцать человек, я бы удерживал этот замок до второго пришествия!
Они обсуждали способы обороны замка. Томас намеревался выступить на север и хотел бы забрать основную часть эллекина, но боялся оставить замок со слишком малочисленным гарнизоном. В большом зале стояли сундуки с золотом и серебром – Томас планировал переправить их в Англию. Треть причиталась его сеньору, графу Нортгемптонскому, но на оставшиеся деньги Бастард мог приобрести неплохое поместье.
– В Дорсете, – подумал он вслух, – На родине.
– Мне казалось, что твой дом здесь?
– Я бы предпочел жить в месте, где нет нужды каждую ночь выставлять часовых.
Анри улыбнулся:
– Звучит привлекательно.
– Тогда поедем с нами в Дорсет.
– И каждый день слышать ваш варварский язык? – в шутку ужаснулся Куртуа.
Ему уже перевалило за пятьдесят, и бо́льшую часть своей долгой жизни он провел в кольчуге и доспехах. У старого графа Бера шевалье командовал ратниками и, таким образом, был врагом Томаса, но молодой граф посчитал, что Анри слишком стар и чересчур осторожен.
Он небрежно предложил шевалье пост начальника ничтожного гарнизона Кастийон-д’Арбизона, когда тот будет отвоеван, но осада не удалась. Граф бросил Куртуа, и тот попал в плен. Бастард оценил богатый опыт и здравый смысл пожилого воина, сдержал обещание графа и назначил Анри своим собственным кастеляном. И ни разу об этом не пожалел. Куртуа был надежен, честен, стоек и полон желания заставить прежнего господина пожалеть о нанесенной обиде.
– Говорят, Жослен отправился на север, – сказал Анри.
Жослен – новый граф Бера, упрямец, до сих пор лелеявший мечту отвоевать Кастийон-д’Арбизон.
– В Бурж? – уточнил Томас.
– Возможно.
– А где расположен Бурж?
– На севере, – ответил Анри, хотя явно не был уверен. – Я бы поехал в Лимож и спросил дорогу там.
– А принц Уэльский?
– Он был где-то близ Лиможа, – осторожно сказал Куртуа. – По крайней мере, так говорят.
– Кто говорит?
– На прошлой неделе заходил один монах. Утверждал, что англичане рыскали где-то к северу от Лиможа.
– А где Лимож? – недоумевал Томас. – Бурж к востоку или к западу от Лиможа?
– Насколько мне известно, к северу, – ответил Анри. – Но у меня отложилось почему-то, что он также и к востоку. Лучше спросить отца Левонна, ему довелось много путешествовать.
