– Это вино я выбрала не случайно. Меня удивил его вкус, ведь он напоминает мне одну девушку. Античный золотой цвет с янтарным оттенком и загадочными, блестящими пузырьками… Интригующий, чувственный запах с тонкими нюансами от кураги до меда, от цитрусовых и горчицы до сладких нежных ноток белого шоколада и заварного крема. Очаровательная и изящная, словно дама из лучшего аристократического рода. Совершенно непринужденная, живая, способная очаровать любого. С днем рождения, моя любимая девочка!
– О-о-о! – послышались восклицания женщин. – Сандра, это было восхитительно!
– Да-а, когда-то я была важной… – бабушка не договорила и погрузилась в воспоминания.
«Что она хотела сказать? Что заставило её остановиться?» – думала я, но хор женских голосов перебил мои размышления.
Сандра снова оживилась:
– Желание, не забудь загадать желание!
Еще бы! «Хочу, чтобы любовью всей моей жизни был Леонардо!» – мысленно произнесла я и задула разом все восемнадцать свечей.
– Ничего себе! Торопится к тебе твое желание! – тараторила Ирма. – Теперь можешь открывать подарки! Давай же, мы умираем от любопытства!
Первой я открыла большую коробку, которую только что доставил курьер.
Рядом снежным айсбергом в голубом платье расположилась Беата. Набитым сливками ртом она промямлила:
– Не забудь открыть и мой!
Я нетерпеливо срываю бумагу с первой коробки и вижу раскрашенный в желтый цвет ящик, пахнущий лаком, шершавый на ощупь, с изображенными на нем лубочными оранжевым Солнцем и серебряной Луной. Открываю крышку и вижу большой цыганский веер с черным кружевом, под которым находятся еще три, один меньше другого, отделения.
Потянула ручку-бусину первого из них и вытащила венецианское зеркальце с хрустальной рукояткой. Из второго – сложенную вдвое маску Коломбины. Под ними были еще деревянная гребенка, расписанная в тонах самого ящика и с такими же символами, брошь-бабочка, маленький нож-пилочка с рукояткой, похожей на серебряное кружево. Каждый предмет находился в своем отделении. Каждому – свой черед.
Под каждой вещицей моему взору открывалась все новая и новая потайная дверца. Так на волю я выпустила металлическую пудреницу с декоративной эмалью, маленький флакон с камеей, ароматический мешочек, шпильки с жемчугом, серьги с рубинами. Я чувствовала себя Дианорой, только что получившей вещественное доказательство любви от Ипполита.
– Так кто же этот волшебник? Настоящий алгоритм любви тебе принес! Здесь откроешь – с Яго встретишься. Направо повернешь – Коломбиной станешь! – пробормотала захмелевшая Ирма.
Эта игра меня настолько увлекла, что я даже вздрогнула, когда услышала сердитый голос Беаты:
– Эй, синьорина, так ты никогда до моего не дойдешь!
– Сейчас… – я открыла еще один отдел, в котором лежал маленький розовый конверт, а в нем такая же розовая картонка. Я рывком вытащила ее и прочла вслух: «Твои желто-серые стрекозьи глаза сводят меня с ума!».
– Ничего себе! Кто же это, Ассоль?
– У Ассоль, похоже, завелся еще один поклонник! – озорно смеялась Беата. – Может, это тот студент, который заигрывал с тобой на прошлой неделе? Как там его звали?
– Лука! Его звали Лука. А за дверью, между прочим, его невеста с кем-то мило трепалась по телефону. Нет, этот вариант отпадает.
– Подожди, бабушка рассказывала, что молоденький полицейский дежурит у кондитерской уже второй месяц. Он же не бабушку там караулит! Подожди, он даже сказал, как его зовут? Лоренцо… Дарио, нет, все не так… – Ирма махнула рукой и вновь пригубила из фужера.
– Марко, – грассировала я, передразнивая парня.
– То, что он к вам частенько заглядывает, я из своего магазина вижу. Сколько раз он уже провожал тебя до дома? – только сейчас заметила, что у Ирмы задорное девичье лицо с веснушками, и почти нет морщин, будто ей не шестьдесят, а всего шестнадцать.
– Нет, не думаю, что у полицейского хватит фантазии на такие изощренные подарки. При всем моем уважении к людям в форме, – бабушка села нога на ногу и закурила.
Что тут думать? Я знаю, что это Леонардо. Иначе и быть не может! Я же желание загадала! А если это все же не он? Нет, уверена, что он хотел сделать мне сюрприз. И сегодня вечером, когда мы будем сидеть в ресторанчике в компании сибаса, он спросит, понравился ли мне его сюрприз. Я поцелую его, прижмусь, и мы будем смотреть на волшебный закат над фиолетовой лагуной.
Беата так увлеклась поеданием торта, что совершенно по-детски измазала рот сливками. На мгновение она отвлеклась и, чавкая, сказала:
– Послушайте старую женщину, синьорина. Знаете, как мы с Джованни встретили друг друга? У нас на Сицилии всегда говорили: "Если девушке исполнилось восемнадцать, то выдай ее замуж или убей”.
Ирма громко замычала, не давая ей продолжать, но бабушка приказала сквозь зубы:
– Тише ты!
Беата выпила залпом шампанское и вернулась к своему рассказу:
– Ведь нам на Сицилии не разрешали ни работать, ни веселиться. Вот и выскакивали замуж, чтобы получить свободу. Какой уж там принц! Помню, как проводила вечера в молитвах, чтобы хоть кто-нибудь пришел меня сватать.
Ирма прервала ее нетерпеливым возгласом: