Ольга передернула плечами, ей показалось, что она только что вошла с улицы, отряхивая зонтик и мечтая поскорее сменить промокшие сапоги на теплые и уютные тапочки. Ощущение было мгновенным – она почувствовала себя очень уютно в теплой, мягко освещенной комнате. Так уютно, что даже скучно.
Уик-энд подходил к своему логическому завершению, и этот уик-энд тоже был самым обычным. Легкий завтрак с фрешем и тостами. Ослепительно-яркий глянцевый журнал с рецептами вечной молодости и сексуальности, которые ни фига не действуют, но, напротив, в очередной раз напоминают о том, что сорок уже стукнуло, а если быть точным, то стукнуло и все сорок три. Были еще в этот день небольшие, без былой страсти пикировки с мужем. Разговор по скайпу с дочкой, которая училась на психологическом факультете университета по гранту знаменитого транснационального, скорее всего американо-европейского, фонда в городе Кракове, в не такой далекой Польше. У дочки, естественно, все было хорошо. Даже если бы все было плохо, все равно все было бы хорошо – лишь бы мама с папой не дергали и не дергались.
Ну и под занавес глупого, никчемного дня – такое же бессмысленное сидение у окна, за которым, сколько не смотри, не увидишь ничего нового.
За спиной у Ольги всхрапнул супруг. Тот самый Андрей, о котором уже упоминалось раньше. Когда-то, не так и давно, Ольга почти любила его храп, вернее, она относилась к слабостям мужа снисходительно, как к шалостям малыша, который не ведает, что творит. Так же она относилась и к комочкам носков, которые он разбрасывал по всей квартире, и к привычке чесать то, что у него в семейных трусах. Когда-то это смешило, но сегодня по-настоящему раздражало.
Супруг успел всхрапнуть и проснуться от собственного храпа. Что еще хуже, он вдобавок и встал. И что уж совершенно вывело из себя, отправился на кухню. При этом толкнув ногой под диван очередной комочек носков, на ходу вдумчиво и с наслаждением почесывая все интимные места. Ольгу перекосило от отвращения. Но на этом мучения не закончились. На кухне супруг зашуршал, а потом и хлопнул заветным ящиком комода. Это могло означать только одно – он решил подымить любимой трубочкой. Раньше Ольга смотрела на это сквозь пальцы, но вонь табака, который в последнее время предпочитал муж, просто выводила ее из себя. Она в который уж раз пыталась понять, почему табаком называются эти хлопья, отвратительно пахнущие синтетической вишней.
Ольга оторвалась от окна и направилась в кухню. Так и есть, супруг с отрешенным лицом ковырял нержавеющим шомполом в трубке. Да, от очередного вялого скандальчика было не отвертеться.
– Может, покуришь на лестнице? – Ольга задала вопрос, на который заранее знала ответ. – Всю кухню своим дымом провонял. В комнату сейчас тянуть начнет.
– Холодно, – привычно возразил Андрей. – Я лучше форточку пошире открою.
Однако ни открывать форточку, ни высовываться в нее не стал. В принципе, это был привычный воскресный спектакль, в котором каждый из участников отработал свою роль до автоматизма. Трагическая героиня Ольга делала вид, что дым ей мешает (хотя за столько-то лет должна была привыкнуть), а лирический герой Андрюша делал вид, что понимает ее страдания и мечтает их облегчить (хотя уверен, что за столько-то лет она могла бы и привыкнуть).
Ольга взяла чашку с еще теплым чаем, сунула журнал под мышку. Еще раз взглянула на Андрея, который с сипением и причмокиванием раскуривал трубку. Ругаться было лень. И незачем.
– Я спать… – процедила Оля, выражая так свое отношение к происходящему. – Завтра рано вставать. Ты бы тоже шел.
– Спокойной… ночи, – ответил Андрей между двумя затяжками. – Ага, сейчас докурю и пойду.
Ольга ушла. Андрей докурил трубочку. С любовью разобрал ее и вернулся в комнату. С удовольствием опустился на диван и привычным жестом подтянул к себе пульт от телевизора. Поерзал, улегся и приготовился к общению с электронным другом. Телевизор на каждое нажатие кнопки отвечал новой фразой:
– Этот матч может стать для команд решающим…
– Зачем ты мучаешь меня, любимый, скажи, зачем?!
– Позиция нашей партии однозначна: мы поддерживаем обе стороны политических переговоров…
– Малдер, это ты? Кто тут?! А-а-а!!!
Последней фразы Андрей уже не слышал – под шум телевизора он уснул. Синеватые тени телевизионных героев, скользившие по его лицу, не тревожили глубокий и спокойный сон.
Не беспокоили Андрея и сновидения, которые, если и были, то утром почему-то забывались. Через некоторое время он, не просыпаясь, закутался в лежащий тут же на диване плед. Собственно это были все события, произошедшие тем воскресным вечером. На секунду в просвет между домами напротив выглянула из-за тучи половинка луны, но, видимо, тоже не заметив ничего интересного, спряталась обратно. Скучно…
