Между тем вечером 10 (23) июля в штабе Северо-Западного фронта получили информацию о том, что немцы перешли Нарев восточнее Пултуска, и М. В. Алексеев приказал очистить Варшаву от гражданских властей59. Судьба города к этому времени была уже решена, удержание города могло привести лишь к окружению на левом берегу Вислы оборонявших его войск. Судя по дневниковой записи М. Гофмана от 18 июля, в этом как раз и состоял замысел германского командования, однако успех зависел и от того, удастся ли армии генерала А. фон Макензена форсировать Нарев и обойти основные силы Северо-Западного фронта по правому берегу Вислы60. Кроме того, определенные надежды вызывало у немцев их продолжавшееся еще наступление в Курляндии, где русские войска отходили под натиском противника.
12 (25) июля серьезное поражение потерпел 37-й армейский корпус. Митавская позиция, которую он оборонял, была обойдена 36-й германской резервной дивизией, корпус был ослаблен и растянут, резервов у командования не осталось, и его отступление быстро превратилось в неорганизованное бегство61. Первоначально М. В. Алексеев думал, что причиной случившегося является исключительно низкая мораль войск, считая, что «у Плеве две дивизии позорно разбежались и, кажется, от миража, призрака, что не помешало потерять половину людей и винтовок. Это тоже не входило в мои расчеты»62. Естественно, при таком отношении к происходящим событиям главнокомандующий фронтом смог выделить для поддержки 5-й армии всего несколько рот без оружия с двухнедельной подготовкой. Он предпочел обратиться к Ставке с просьбой прислать дивизию с Юго-Западного фронта. Свежей дивизии в распоряжении Ставки и фронта не было, и в результате она, несмотря на протест М. В. Алексеева, сняла с Юго-Западного фронта 120 рот с оружием и офицерами и отправила их в 5-ю армию. Польза от этого решения была невелика63.
Стабилизировать положение на фронте не удалось. 12 (25) июля противник снова занял Шавли, 1 августа немцам удалось добиться еще одного успеха – они взяли Митаву, но затем наступление временно заглохло. О. фон Белов смог выполнить лишь первую из задач своей армии, а со второй не справился. Неманская армия начала перегруппировку. К счастью, принявший 5-ю русскую армию генерал В. И. Гурко сумел не только отбить атаки 9-й армии О. фон Белова, но и контратаковать. К началу августа положение на этом участке фронта стабилизировалось, что отнюдь не означало успокоения: шли постоянные встречные бои64. Вскоре резко обострилась обстановка на прилегающих к фронту водах Балтики. В начале августа немцы сосредоточили здесь половину своего флота – 15 линкоров, три линейных, два броненосных и девять легких крейсеров, 56 миноносцев и 48 тральщиков. Эта группировка почти втрое превосходила весь русский флот Балтийского моря.
4 августа 1915 г. германские корабли начали выход в море. Перед ними была поставлена задача прорваться в Рижский залив через Ирбены, уничтожить русские корабли, находящиеся в заливе, провести минирование выхода из Моонзунда, блокировать гавань Пернова и провести демонстративный обстрел Усть-Двинска. Первоначально операцию планировалось завершить за два дня. С рассветом 26 июля (8 августа) противник впервые попытался опробовать прочность обороны в Ирбенах. К проливу подошла 4-я эскадра линейных кораблей (семь эскадренных броненосцев), «разведывательные силы Балтийского моря» (два броненосных и четыре легких крейсера), два новых эсминца, две флотилии миноносцев (22 вымпела), 35 тральщиков, вспомогательный минный заградитель и три парохода для затопления в
Пернове65.
26-27 июля (8–9 августа) немецкий флот попытался осуществить прорыв. Передовую часть кораблей противника у кромки минного поля поначалу встретили всего четыре эсминца русского 6-го дивизиона, позже подошла поддержка – канонерские лодки «Грозящий» и «Храбрый», а затем и «Слава». Следует отметить, что линкор так и не смог выйти на дистанцию, которая позволила бы ему использовать орудия главного калибра, и не сделал ни одного выстрела66. Уже к 8 августа командованию немецкого флота стало ясно, что выполнить задачу прорыва не удастся, а утром 10 августа корабли стали возвращать назад. 3 (16) августа попытка прорыва была повторена. В этот раз «Слава» оказала значительную поддержку минной дивизии при отражении противника, без него миноносцы и канонерские лодки не смогли бы долго удерживать позиции. Имея четыре 305-мм орудия с дальностью стрельбы в 95 кабельтовых (даже при искусственном крене) против 24 280-мм орудий «Нассау» и «Позена» с дальностью стрельбы в 115 кабельтовых, русский линкор сосредоточился на обстреле тральщиков противника. Тем не менее утром 6 (19) августа немцы прорвались в Рижский залив.
