– Ты, Миша, всегда был таким легкомысленным и доверчивым…
Мы смотрели вслед уходящему царскому поезду. Ну ни дать ни взять – группа членов Политбюро провожает дорогого Никиту Сергеевича Хрущева в тот его последний отпуск. Смесь напряжения, облегчения и страха витала над военной платформой. Ощущение близких и грозных перемен прочно поселилось в общей атмосфере этой ночи. Невдалеке от группы тихо переговаривающихся генералов Ставки переминалась с ноги на ногу толпа казаков Собственного Е. И. В. Конвоя, которые в массе своей не успели погрузиться в спешно отправившийся поезд. Их растерянные лица и возбужденные голоса добавляли тревожности этой полной событий ночи.
Великий князь Сергей Михайлович был мрачен. Строгий и нелюдимый по жизни, сегодня он был просто-таки символом духа близившийся катастрофы. Как близкий друг императора, он, невзирая на участие в заговоре, пытался убедить Николая Второго не выезжать из Ставки, но государь сегодня не слышал никого и ничего. И теперь уходящий поезд увозил с собой всю привычную и понятную жизнь великого князя. Жизнь, которая неумолимо растворялась в сгущавшемся мраке и которая стремительно приближалась к своему скорому концу на краю Нижне-Селимской шахты…
Генерал Алексеев сосредоточенно смотрел вслед ушедшему поезду, и на лице его отражалась усиленная работа мысли. Понять ее ход можно было лишь зная всю подноготную череды заговоров и интриг, адская смесь которых, помноженная на вечный российский бардак и разгильдяйство, собственно, и привели Россию к революции. Вот и сейчас Алексеев пытался еще раз найти для себя наилучший вариант действий в нарастающем хаосе, искал пути завершения большой игры с наилучшими, по его мнению, результатами. Результатами, которые, если я ничего не изменю, приведут его к гибели от воспаления легких в тяжелую осень гражданской войны в восемнадцатом…
Лукомский старался не демонстрировать свои размышления, но, очевидно, его мысли двигались в схожем направлении с алексеевскими. Однако хаос революции был и с ним скор на расправу – уже через месяц генерал Лукомский будет отправлен командовать армейским корпусом, а затем, за участие в корниловском мятеже, в августе арестован по приказу Керенского все тем же генералом Алексеевым…
![Новый Михаил [трилогия]](/_next/image?url=https%3A%2F%2Fimg.chitka.online%2Feboox-media%2Fcovers%2Ff5afc1712f7267a3db01b2f2ecd71c25.jpg&w=828&q=75)
