- Я также возьму фотографии похитителей и Алисии, - сказал он. Синьор Ченчи, конечно же, согласится назначить вознаграждение. Но… - он замялся, - Виральто - это же только слово из сна.
- Слово, от которого она покрылась испариной, а сердце ее запрыгало, - ответил я. - Она испугалась этого слова.
- Да? М-м. Не беспокойся, я пройдусь по этой деревушке, как сирокко.
- Детишек порасспрашивай.
- Эндрю Макиавелли Дуглас, - рассмеялся он. - Да ни одна мамаша нам не позволит!
- Жаль.
Окончив разговор, я позвонил Паоло Ченчи, который на предложение назначить вознаграждение ответил, что охотно это сделает. Затем я снова перезвонил Пучинелли и подтвердил.
- Я тут делаю брошюрку для фотокопирования, - сообщил он. - С предложением о вознаграждении и всеми фотографиями. Я позвоню тебе, если будут результаты.
- Позвони в любом случае.
- Ладно.
Он позвонил мне на следующий день, в пятницу вечером, когда я дежурил на коммутаторе.
- Я весь день провел в этой чертовой деревушке, - устало говорил он. - Эти люди… они захлопывают двери у нас перед носом, а также закрывают лица и души.
- Ничего? - разочарованно спросил я.
- Есть кое-что, - ответил он, - только вот что? Того похитителя, который заговорил, название «Виральто» просто привело в шок, однако он клянется, что ничего о нем не знает. Клялся душой покойной матери, но пока клялся, весь потом покрылся. Врет он. - Пучинелли помолчал. - Но в Виральто мы не нашли ничего… Мы ходили в пекарню. Пригрозили пекарю, который держит там еще и небольшую бакалейную лавку. Рядом с его пекарней Алисию негде было спрятать, потому мы обыскали все. Он разрешил. Сказал, что ему скрывать нечего. Что если бы Алисию привозили в деревню, он знал бы, потому что знает все. Говорит, что ее никогда тут не было.
- Ты веришь ему? - спросил я.
- Боюсь, придется поверить. Мы расспрашивавши в каждом доме, допросили даже двух ребятишек. Но не нашли ничего, ничего не слышали. Однако…
- Что «однако»? - подтолкнул его я.
- Я посмотрел на карту, - зевнул он. - Виральто находится на боковой дороге, которая никуда не ведет. Но если подъезжаешь к повороту на Виральто и едешь по ней прямо, не сворачивая, то дорога идет в горы, и, хотя ее хорошей дорогой не назовешь, она все же пересекает Апеннины и спускается к Флоренции. Над Виральто есть место, где прежде стоял замок, но теперь там отель. Туда приезжают погулять и полюбоваться горами. Может, синьорина Ченчи не расслышала всего, может, это был час до Виральто, а потом еще куда-то? Завтра, - он вздохнул, я не на дежурстве. Но я все равно буду заниматься делом. Я поеду в тот отель и устрою им сирокко.
- Пошли кого-нибудь из своих людей, - предложил я.
После некоторого молчания он сухо произнес:
- Я дал указания, чтобы никто не работал по этому делу без моего персонального участия.
- А…
- Я перезвоню завтра, если хочешь.
- Завтра я буду тут от четырех до полуночи, - с благодарностью сказал я. - Потом звони мне домой.
Утром в субботу мне позвонила Попси, как раз тогда, когда я слонялся по квартире, пытаясь не обращать внимания на кучу несделанных домашних дел.
- Что-то случилось? - спросил я, уловив в ее голосе что-то не то.
- Вроде того. Мне нужна ваша помощь. Можете приехать?
- Сейчас или подождет до завтра? Я в четыре доложен быть в офисе.
- В субботу? - удивленно спросила она.
- Боюсь, что так.
Она помедлила.
- Алисия вчера не ездила с группой из-за головной боли.
- О… а сегодня?
- Сегодня ей не хочется. Понимаете, - резко добавила она, - я бы сказала, что сама мысль об этом пугает ее, но почему, вы же видели ее верхом? - Я ясно услышал в ее голосе легкое раздражение и искреннюю тревогу.
Я не сразу ответил, и она требовательно спросила:
- Вы здесь?
- Да. Я думаю. - Я помолчал. - Она боится не лошадей и не верховой езды, это очевидно. Значит, ее, возможно, пугает… не думаю, что это верное слово, но сейчас другого в голову не приходит… она боится быть запертой, не иметь возможности убежать… или быть в группе. Что-то вроде клаустрофобии, даже на открытом воздухе. Может, именно поэтому она не хотела прежде ездить в группе, но в одиночку чувствовала себя в порядке, когда мы были там, наверху, в Даунсе.
Она подумала, затем сказала:
- Может, вы и правы. Она вчера явно была не в духе… полдня просидела в своей комнате, избегала меня.
- Попси… не давите на нее. Вы очень ей нужны, но сейчас надо, чтобы кто-то просто был рядом… и ничего не требовал. Скажите ей, чтобы не пыталась ездить с группой, пока не сможет с собой справиться. Скажите, что все в порядке, что вы рады ей, что она вольна делать что хочет. Ладно? Сможете? А я приеду завтра утром.
- Да, да и да, - вздохнула она. - Я очень ее люблю. Приезжайте к ленчу и махните вашей волшебной палочкой.
Пучинелли позвонил поздно вечером. Новости были разные - хорошая, плохая и никакая.
