| It must be so; how could the immortal, collective brain be mistaken? | Наверное, права: как может ошибаться бессмертный коллективный мозг? |
| By what external standard could you check its judgements? | По каким внешним критериям оценить его суждения? |
| Sanity was statistical. | Здравый рассудок -- понятие статистическое. |
| It was merely a question of learning to think as they thought. | Чтобы думать, как они, надо просто учиться. |
| Only—! | Только... |
| The pencil felt thick and awkward in his fingers. | Карандаш в пальцах казался толстым и неуклюжим. |
| He began to write down the thoughts that came into his head. | Он начал записывать то, что ему приходило в голову. |
| He wrote first in large clumsy capitals: | Сперва большими корявыми буквами написал: |
| FREEDOM IS SLAVERY | СВОБОДА -- ЭТО РАБСТВО |
| Then almost without a pause he wrote beneath it: | А под этим почти сразу же: |
| TWO AND TWO MAKE FIVE | 2 x 2 = 5 |
| But then there came a sort of check. | Но тут наступила какая-то заминка. |
| His mind, as though shying away from something, seemed unable to concentrate. | Ум его, словно пятясь от чего-то, не желал сосредоточиться. |
| He knew that he knew what came next, but for the moment he could not recall it. | Он знал, что следующая мысль уже готова, но не мог ее вспомнить. |
| When he did recall it, it was only by consciously reasoning out what it must be: it did not come of its own accord. | А когда вспомнил, случилось это не само собой -- он пришел к ней путем рассуждений. |
| He wrote: | Он записал: |
| GOD IS POWER | БОГ -- ЭТО ВЛАСТЬ |
| He accepted everything. | Он принял ее. |
| The past was alterable. | Прошлое изменяемо. |
| The past never had been altered. | Прошлое никогда не изменялось. |
| Oceania was at war with Eastasia. | Океания воюет с Остазией. |
| Oceania had always been at war with Eastasia. | Океания всегда воевала с Остазией. |
| Jones, Aaronson, and Rutherford were guilty of the crimes they were charged with. | Джонс, Аронсон и Резерфорд виновны в тех преступлениях, за которые их судили. |
| He had never seen the photograph that disproved their guilt. | Он никогда не видел фотографию, опровергавшую их виновность. |
| It had never existed, he had invented it. | Она никогда не существовала; он ее выдумал. |
| He remembered remembering contrary things, but those were false memories, products of self-deception. | Он помнил, что помнил факты, говорившие обратное, но это -- аберрация памяти, самообман. |
| How easy it all was! | Как все просто! |
