– Дислексии,- бесстрастно повторила Фукаэри.
– Неспособность к восприятию текста,- пояснил он.
– Это-слово-я-слышала,- вдруг сказала она.- Дис…
– От кого ты его слышала?
Но девушка лишь молча поежилась.
– Так что же…- Тэнго повертел рукой в воздухе, подыскивая слова,- у тебя это с самого детства?
Фукаэри кивнула.
– Значит, с самого детства и до сих пор ты никакой прозы практически не читала, так?
– Сама,- сказала Фукаэри.
Так вот почему ее проза не похожа ни на чью другую, осенило Тэнго. Вот и объяснение феномена. Логичней не придумаешь.
– Сама не читала? – снова уточнил он.
– Мне-читали,- ответила она.
– То есть папа с мамой все-таки читали тебе разные книги?
На это Фукаэри ничего не ответила.
– Но писать у тебя все-таки получается, верно? – с замиранием сердца спросил Тэнго.
Фукаэри покачала головой.
– Тоже-долго.
– Ужасно долго?
Она чуть заметно повела плечом. Довольно-таки утвердительно.
Тэнго поерзал на сиденье, устраиваясь поудобней.
– Что ж получается… Может, и «Воздушный кокон» писала не ты?
– Я-ничего-не-писала.
Тэнго выдержал паузу. Небольшую, но очень увесистую.
– Но тогда кто это написал?
– Адзами.
– Какая Адзами?
– На-два-года-младше. Еще один нырок в пустоту.
– То есть эта девочка написала за тебя целый роман? Фукаэри кивнула как ни в чем не бывало. Тэнго снова напряг извилины.
– Тогда остается одно: ты рассказывала Адзами свою историю, а та ее записывала в виде романа. Верно?
– Набивала-и-распечатывала.
Закусив губу, Тэнго мысленно выстроил в ряд все факты, которыми располагал. Пару раз поменял их местами. И спросил:
– Значит, Адзами сделала распечатку и послала ее на конкурс в журнал? И видимо, сама назвала ее «Воздушный кокон», только тебе о том не сказала?
Фукаэри склонила голову набок, что с равным успехом могло означать как «да», так и «нет». Но возражать не стала. Похоже, все-таки «да».
– Адзами – твоя подруга?
– Мы-вместе-живем.
– Твоя сестра? Девушка покачала головой.
– Она-дочь-сэнсэя.
– Дочь сэнсэя? – повторил Тэнго.- Значит, сэнсэй тоже с тобой живет?
Фукаэри кивнула. «Додумался, поздравляю»,- словно говорили ее глаза.
– То есть сейчас мне придется встречаться с сэнсэем?
Повернувшись к Тэнго, Фукаэри наградила его взглядом, каким исследуют цепочку далеких облаков, предсказывая погоду. Или прикидывают, как лучше поступить с собакой, которая никак не запомнит собственной клички. И лишь затем кивнула.
– Мы-едем-встречаться-с-сэнсэем, – все так же бесстрастно подтвердила она.
На этом беседа закончилась. Оба умолкли и снова стали смотреть в окно. За окном расстилалась огромная плоская равнина, плотно застроенная одинаковыми, ничем не примечательными двухэтажными домами. Бесчисленные антенны, точно усики насекомых, глядели в небо. Все ли их обладатели платят исправно за телевидение «Эн-эйч-кей»? Каждое воскресенье мысли Тэнго возвращались к этому проклятому вопросу. Думать над ним не хотелось, а не думать не получалось, хоть тресни.
В этот солнечный день прояснилось сразу несколько пускай и не самых уютных фактов текущей реальности. Во-первых, «Воздушный кокон» написала не Фукаэри. Если ей верить (а особых причин сомневаться в ее искренности у Тэнго не нашлось), она рассказала свою историю подруге, а подруга эту историю зафиксировала. В техническом смысле точно так же рождались «Записи о деяниях древности»* или «Повесть о доме Тайра»**. Эпические сказания, которые передавались из уст в уста. Именно эту особенность – пускай, к своему затаенному стыду, и облегчая для нынешнего читателя, но по большому счету оставляя как есть,- Тэнго и старался выделить как нечто особенное.
* «Записи о деяниях древности» («Кодзики») – крупнейший памятник древнеяпонской литературы, один из первых письменных манускриптов, основная священная книга синтоизма. Включает в себя свод мифов и легенд, собрание древних песен и исторические хроники. Согласно предисловию, японский сказитель Хиэдано Арэ истолковал, а придворный Оно Ясумаро записал мифологический и героический эпос своего народа, пронизав его идеей непрерывности и божественного происхождения императорского рода. Работа над «Кодзики» была завершена в 712 г., в период правления императрицы Гэммэй.
** «Повесть о доме Тайра» («Хэйкэ-моногатари») – одно из самых значительных и ярких произведений в жанре «гунки» (военная эпопея), созданное в начале XIII в. Описывает историю 13 лет падения могущественной феодальной династии Тайра. По преданию, некий монах Юкинага создал «Повесть о доме Тайра» и обучил бродячего слепца Сёбуцу ее рассказывать. Сам же Сёбуцу много лет до того расспрашивал воинов-самураев об их ратных делах, а затем помог Юкинаге все это описать.
