В классе жутко гудели старые лампы, иногда помигивая светом, как на дискотеке, и это раздражало Сашу. Монотонный голос учителя убаюкивал, а хмурая ноябрьская погода за школьным окном навевала тоску. Девочка закрыла тетрадь и подпёрла ладонью правую щёку. Оля рядом с ней безотрывно водила ручкой по бумаге.
– Опять мечтаешь? – фыркнула подруга, не поднимая глаз от письма. – Потом снова будешь бегать как ужаленная!
– Ну и ладно! – отозвалась она. – Скорее бы Новый год!
Послышался смешок, и сидящий перед Олей ученик бросил хитрый взгляд на Сашу через плечо:
– Новогодний турнир ждёшь?!
– Мельников, отвернись! – ткнула Оля одноклассника ручкой под лопатку.
– Ай! Олень! Больно же! – возмутился мальчишка.
– Не называй меня так! – зашипела та, покрываясь от ярости красными пятнами.
– А я буду, – передразнил тот и тут же обаятельно улыбнулся: – Ты, когда злишься, лучше выглядишь!
Саша хихикнула и прикусила губу. Андрей Мельников всю жизнь задирал Олю, дёргал её за косы, ставил подножки, нарочно толкал, обзывался и донимал бесконечными списываниями. А с лёгкой Ромкиной руки стал называть её Оленем.
Саша состроила ему рожицу:
– Может, и жду!
Оля продолжала строчить, накручивая на палец длинную светлую прядь, намеренно оставленную отдельно от густого хвоста, который она собрала высоко на макушке.
Саша так и не рассказала ей о споре с Иваном и о том, что он заявил потом. Чувствовала, что это обязательно нужно сделать, но не могла решиться.
– Мне тебе надо кое-что сказать, – Саша бросила на подругу осторожный взгляд, а потом добавила: – Про Нестеренко.
Олины светло-серые глаза ярко вспыхнули, и она заёрзала на стуле:
– Говори! – и, заметив, что Саше неловко, почти приказала: – Выкладывай!
Саша ткнула пальцем в экран телефона. До конца урока осталось совсем чуть-чуть. Но Оля уже занервничала. Ещё немного, и она просверлит в ней взглядом дыру!
– Ты бы с ним поаккуратнее, – деликатно намекнула Саша общими словами. – Недавно он был у Даньки, и мы с ним про тебя говорили.
Оля хлопнула ресницами и грозно шепнула:
– Анисимова! А зачем ты с ним обо мне разговаривала?!
– Так получилось, – попыталась она увильнуть, покосившись в сторону учителя. – Ай! – едва не вскрикнула, почувствовав укол под рёбрами. – Совсем с ума сошла?!
– Саш, рассказывай! – прошипела Оля, угрожающе потряхивая ручкой.
– Ладно, – Саша недовольно закатила глаза. – Ванька подсмотрел сообщение в моём телефоне, и мы поспорили с ним: если Денис не приедет на новогодний турнир, мне придётся идти с Нестеренко в кино.
Оля посмотрела на неё странным взглядом, и в серых глазах осуждающе сверкнули колючие льдинки.
– То есть ты знаешь, что он мне нравится, и согласилась с ним пойти в кино! – утвердительным жёстким шёпотом отчеканила Оля.
– Да всё не так! Никуда я с ним не пойду! Денис приедет, я уверена!
– Я от тебя такого не ожидала! – Оля отвернулась и захлопнула тетрадь.
Саша уткнулась лбом в ладонь:
– Оль!
Прозвенел звонок, и класс оживлённо зашушукался. Учитель завершил урок и отпустил ребят на перемену. Ещё не дождавшись его сигнала, Оля смахнула учебные принадлежности в сумку, вскочила с места и заторопилась на выход из кабинета. Короткая юбочка с клиньями и высокий хвост красиво закачались в такт ходьбе.
Мельников проводил её взглядом, оглянулся на Сашу и с сочувствием произнёс:
– Я всё слышал!
Она прикусила губу и сложила руки на груди, собираясь надуться от обиды. Но рядом оказался Андрей:
– Да ладно тебе! Сейчас она пообижается пару дней и остынет!
– Она вообще уже с катушек съехала с этим Нестеренко, – пожаловалась ему Саша, выходя в коридор. – Со стадиона теперь не вылезает и караулит его, как будто он суперзвезда. И я боюсь, что она обожжётся…
– Иногда обжигаться полезно, – грустно вздохнул Мельников, помолчал, пропуская её в дверь, и уже веселее позвал: – Пошли на английский, Санёк!
Саша прерывисто вздохнула и полезла за телефоном в карман.
– Ой! – улыбнулась она.
«Привет, девяносто первый! У меня сегодня была тренировка с большими "волками"! В команду вызывают пацанов. Говорят, на новогоднем турнире будет много юниоров во всех командах».
Она прикусила губу, надеясь, что никто не заметил её улыбку, и сунула гаджет обратно.
Ответит Ковалёву потом, чтобы не привлекать лишнего внимания. Тем более что рядом уже нарисовался Ромка:
– Почему Олень психанула и не хочет больше с тобой дружить?
– Она думает, что я положила глаз на её ненаглядного Нестеренко!
– Фу! – брезгливо отозвался друг, но посмотрел на неё с подозрением: – Ты же не положила?
– Конечно нет! – скривилась та.
– Я знал, что он мне не соперник! – он прищурил глаза и хитро двинул бровью, заставив Сашу подавиться беззвучным приступом смеха.
Она прицокнула языком и чётко обозначила:
– Ты мой лучший друг!
– А Ковалёв?
– Он просто друг, – пожала плечом.
Рома недоверчиво качнул головой и уточнил:
– Значит, ты моя болельщица и на новогоднем турнире будешь болеть за меня, а не за него?
Саша посмотрела с укоризной в его серые глаза:
