Когда с затягиванием последнего троса было покончено, Марсель не стал звонить отцу — лишь отправил короткое сообщение: «скоро буду». Также не стал сообщать о случайной помощнице — пусть будет сюрприз. Отец ответил коротким: «возвращайся скорее».
Уже у дома, пока Марсель заводил машину, Катя наскоро попрощалась с сёстрами. Те, хоть и кинулись к ней обниматься, после короткого инструктажа переглядывались и, будто бы, слегка подталкивали её на выход. Та, что была помладше, не выдержала, взяла Катю за руку и, что-то говорящая про прочистку фильтра для воды, отвела её к машине.
— И, я вас прошу, еды там на неделю. Не надо ничего самим стряпать, хорошо? — усевшись в машину, строго сказала Катя. — И в теплицу ни ногой. Я её запечатала. И не выходите из дома, если будет сильная пурга. Если заметёт вход — ждите, пока не раскопаю!
— Хорошо, — хором ответили девочки нетерпеливо, слегка закатывая глаза — будто бы старшая сестра говорит очевидные вещи, которые оскорбительно выслушивать двум взрослым и самостоятельным дамам, да ещё и в присутствии соседского сына.
— И… — хотела что-то добавить, но осеклась. — Если что — звоните. Возьму у мистера Дюпона снегоуборщик и приеду.
После увиденного на генераторах, Марсель ни на секунду не сомневался, что так и будет. Он представил Катю за рулём снегоротора, высунувшуюся в окно с криком: «Куда прёшь, эй!» Что-то в этой её двойственности его неотвратимо влекло. Возможно, и неплохо, что отцы сами взялись за дело — он бы никогда не догадался сам её пригласить, или хотя бы просто позвонить. Да и, позови он её на свидание — она бы, скорее всего, весь вечер увлечённо слушала его, хлопая глазами (она это умела), — возможно, умирая со скуки. Может, правильно, что более близкое знакомство случилось в её естественной среде. Сейчас главное — самому не облажаться.
Он глядел на то, как она закончила наставлять сестёр и уже какое-то время ожидающе смотрела на него — зависшего в своих мыслях — с лёгким недоумением, видимо связанным с тем, что он задумчиво пялился прямо на неё.
Марсель встрепенулся и глянул мельком в окно — девочек там уже не было. Боже, сколько же он залипал? Катя ничего не говорила, с интересом и лёгкой насмешкой наблюдая за ним.
Как ни в чём не бывало, он положил руки на руль, посмотрел на тёмное небо. Над ними, на фоне медленно сгущающейся зимней мглы, стояла неподвижная тишина. Затем он достал носовой платок из кармана и, зачем-то, протёр лобовое стекло. Закончив, убрал платок и вновь посмотрел на Катю:
— Поехали?
— Может быть, я поведу? — участливо предложила Катя.
— Кхм, нет, всё нормально, — выруливая со двора, стараясь сохранять невозмутимость, пробормотал Марсель. — Просто мысли всякие в голову лезут.
— Ладно, — пожала она плечами и откинулась в кресле, меняя угол наклона. Пристегнула ремень безопасности. — Не думала, что тебя так быстро выпишут.
— Как и я, но это замечательно. Лежал бы сейчас там и с ума сходил. А тут хоть какую-то пользу могу принести.
Катя недовольно фыркнула и ткнула его кулаком в бедро:
— Эй, что ещё за «какую-то»?
— Ай!
Катя встрепенулась:
— Ой, прости, не подумала! Лена сказала, что у тебя трещины в рёбрах. Ноги тоже?
— Да нет, я не ожидал просто… Вы с ней общаетесь?
Вопрос вышел глупым — ведь само собой они общались. Даже ездили вместе в город, пока Лена не засела дома с Рене. Катя чуть округлила глаза, но тактично сделала вид, что всё в вопросе было нормально. Марсель отметил про себя, что он остолоп — давно уже следовало больше общаться с девушками в неформальной обстановке.
— Да, она сразу мне написала, как только стало известно про тебя, — вновь откинулась в кресле Катя, глядя на тёмную заснеженную пустыню за окном. — А перед сном даже час или два проговорили с ней. Не могла уснуть, а потом ещё эта новость про станцию… Собиралась с утра к тебе ехать, а из-за этой херни… с утра, в общем, на ногах. А родители в город укатили — у них сегодня какая-то там очередная дата, и решили устроить себе выходной…
— Да, мы встретили их, когда домой ехали, — вспомнил Марсель. — Отец предложил собраться у нас на выходных — отметить мою везучесть.
— Ну, можно сказать, почти собрались, — усмехнулась Катя.
Машина свернула с основной дороги, колёса хрустнули по утоптанному насту. Фонари фар выхватывали из темноты заснеженный двор и куски обледеневшей техники. Воздух был плотным, неподвижным.
Марсель сразу отметил, что два генератора ещё стояли в полную высоту, а остальные — он слегка прищурился — даже не были закреплены. Всё-таки зря отец направил его помогать Кате — она явно справилась бы сама.
С другой стороны, втроём они могут успеть.
Отец забрал вездеход к установкам, поэтому добираться придётся на своих двоих. Машина Лены в сугробах застрянет. Можно было бы доехать на пикапе, но тот Марсель благополучно разбил. Уже нельзя.
