2084: Конец света полностью

Кодсабадское гетто не было лишено привлекательности, хотя и находилось в жутком состоянии – ни одно каменное строение не держалось вертикально само по себе, целый лес подпорок и всевозможных хомутов и стяжек, установленных как попало, едва удерживал здания в равновесии. Наваленные повсюду горы строительного мусора свидетельствовали о недавних, а кое-где и давних обрушениях, но в обоих случаях указывали на незаслуженные беды. Дети в лохмотьях играли в салочки и рылись в развалинах в поисках чего-нибудь на продажу. Грязь нашла здесь свое царство; во многих местах отбросы накапливались до уровня крыш на домах, а в других – застилали поверхность земли по колено. Закапывание мусора уже давным-давно исчерпало все свои возможности, его не могли ни вывезти, ни сжечь (в этом случае все гетто вместе с его населением превратилось бы в дым), поэтому отходы просто складывали под открытым небом, ветер разносил их во все стороны, и таким образом гетто поднималось на кучах своего же мусора. И днем и ночью царила тьма. К отсутствию электричества добавлялась блокада с ее пагубными последствиями, а также узость улиц, хаотическая городская застройка, разрушения, рев сигналов тревоги, спонтанные бомбардировки, тяжелые часы, проведенные в бомбоубежищах, и все остальное, что быстро плодится в осажденных городах. Все это омрачало жизнь хоров и здорово ее тормозило. Однако, несмотря на невзгоды, здесь ощущалось оживление, существовала целая культура сопротивления, экономика демонстрировала чудеса изворотливости; это был маленький мир, который беспрерывно вращался и находил средства для выживания и надежды. Жизнь текла своим чередом, искала новые пути, цеплялась, изобретала, шла навстречу любым трудностям и возобновлялась, насколько хватало человеческих сил. О гетто можно много чего рассказать, о его реалиях и тайнах, его преимуществах и недостатках, драмах и надеждах, но что там было на самом деле необыкновенное и чего никогда не видели в Кодсабаде, так это вот что: наличие на улицах женщин, за которыми признавался статус человеческих существ, а не бродячих теней, то есть они не носили ни масок, ни бурникабов и явно не стягивали повязками грудь под рубашкой. Более того, они пользовались свободой передвижения и на улице занимались своими делами: неряшливо одетые, будто у себя дома, торговали всякой всячиной в общественных местах, участвовали в гражданской обороне, пели, одновременно выполняя какую-либо работу, сплетничали в перерывах, а еще загорали на тусклом солнце гетто, поскольку никогда не упускали случая пококетничать. Ати и Коа так разволновались, когда одна из женщин подошла к ним, предложив купить какую-то вещь, что опустили головы и задрожали всем телом до кончиков пальцев. Это была жизнь наоборот, и друзья не знали, как себя вести. Женщины понимали, с кем говорят, так как абистанские недотепы не знали никакого другого языка, кроме абияза, и в гетто к ним обращались на местном наречии, неразборчивом и немного шипящем, сопровождая свои слова поясняющими жестами, одной рукой размахивая предлагаемой на продажу вещью, а на пальцах другой показывая количество рилов, которое нужно заплатить за нее, бросая при этом насмешливые взгляды в публику, будто ожидая аплодисментов. Так как разговор дальше продолжаться не мог, потому что Коа исчерпал весь свой запас знаний о диалектах, накопленный во время лингвистических опытов в разоренных предместьях, друзья купили то, что смогли купить, и в дальнейшем старались держаться подальше от женщин, а тем более от уличных мальчишек, которые умели одурачить простофилю еще быстрее, чем их матери отрубали голову курице.

Священный язык в гетто понимали лишь несколько вероотступов, которые вели торговые переговоры с представителями Гильдии и имели обыкновение бывать в Кодсабаде по своим мелким контрабандным делам. Но все, что они знали, ограничивалось сферой торговли и выражалось цифрами и жестами. Основная масса обитателей анклава ни шиша в абиязе не понимала, и он не оказывал на хоров совершенно никакого влияния, хоть сунь им в ухо целый Гкабул. Значило ли это, что священный язык действует только на верующих? Нет, невозможно, Гкабул обладает всемирным масштабом, Йолах – властелин вселенной во всей ее полноте, а Аби его эксклюзивный Посланец на Земле. Значит, тот, кто не внемлет его языку, попросту глухой.