Существо разогналось невероятно на своих, еле его удерживающих ногах. Ноги засеменили под монстром, опять обогнав его. Но теперь Кузьма знал, что он не упадет, несмотря на всю свою невероятность.
— Туда! — Уже не таясь, скомандовал Леха, указывая в темноту улочки, зажатой с двух сторон безоконными стенами зданий и тонувшей в вате тьмы. Они бросились туда, но и монстр, уже заметивший свою жертву, не отставал. Как только все укрылись в темноте, Леха, Вовка Уголёк и Веня Изранов, развернулись и встали лицом в сторону улицы, откуда нападал монстр. Остальные встали у них за спинами, стараясь не пропустить того, что могло быть сзади.
Существо набросилось молча, но с небывалой силой. Молотило их руками и брызгало слюной. И тут Кузьма понял, что монстр не видит тех, на кого он натолкнулся, его интересовал только он! А тем временем Леха зажег фаер, осветивший улочку до края крыши домов красно-фиолетовым пламенем. Языки света жадно заплясали по каменным стенам, по каменной мостовой, отбрасывая длинные блики от глянцев. Зажег фаер и Вовка Уголек, а вот Веня замешкался, что-то у него не получалось выдернуть шнур запала. Было видно, как он рвет руками за этот проклятый шнур, но фаер не желал срабатывать. И тогда монстр набросился на него, вонзился ртом, брызжущий вонючей слюной, шею, прокусил кожу, залил себя и Веню горячей красной кровью. Подоспели Леха с Вовкой. С жесткостью и ненавистью воткнули фаеры чудовищу в спину и оно, озаряясь, горя изнутри, заорало диким, кровожадным и сумасшедшим смехом. И такой он был чудовищный, этот смех, что всех охватил первобытный ужас. Существо издало последний вопль и упало мертвым к ногам своих убийц.
Кузьма бросился к поверженному и истекающему потоками крови из страшной раны, Вене. Но ему не дали к нему прикоснуться.
— Он обращается. Не трогай его, если не хочешь разделить его судьбу. — И его утянули за собой, под полог непроглядной тьмы узкой улочки. А позади них, там, где они оставили убитого монстра и умирающего Веню, уже слышались первые шорохи и многочисленные шаркающие шаги. Кузьма уже знал, что они значат, но теперь не боялся. Теперь он все ненавидел и готов был мстить и убивать.
Они, впятером, оставшиеся в живых, но вымотанные и изможденные потерей Вени, сидели на холодной мостовой, в каком-то невероятно темном и глухом переулке, наполненном силуэтами расплывчатых дымных арок, теревших свою геометрию в ночи. И уже не было страшно и они точно знали, что сейчас их преследовать никто не станет — город получил свою кровавую плату.
— Так было всегда. И в первый раз, как мы пробрались в этот город, стражи были такими. Но в тот раз мы легко отделались — нас спас случай.
— Что за случай? — Еще не пришедший в себя Кузьма и на взводе, спросил начавшего рассказ Леху.
— Сразу после первой волны, — не обратив внимания на реакцию Кузьмы, продолжил Леха, — мы последовали за черными воинами в город. Мы же видели их реакцию, как они словно бы испугались, увидев людей. Мы тогда не знали, что воины огненного демона Сойтара, сами не знали, кого встретят. А увидев нас, не смогли правильно расценить наши возможности. Хотя именно той атакой, они могли положить конец всей истории Старой Яксарки. Но нет. Демон предпочитал не торопиться, намеренно накопил силы и, как он думал, превосходящими силами атаковал. Но вы уже к тому времени сумели выстроить Пограничье. Они уперлись в него и сломались. Даже подземный демон не смог их спасти.
— На это дорого стоило.- Мрачно прокомментировал Кузьма.
— Да. Но мы тогда смогли спасти наш мир от большего ужаса, чем черное воинство.
— Что может быть страшнее, чем эти монстры на улицах Аркаима? — С досадой спросил Кузьма.
— В тот раз мы пришли в город вслед за волной аркаимцев. Они спугнули стражей. Тем более это было проще и легче, потому что был день. Стражи не особо любят солнце не спешат соваться под его лучи. Но самые отчаянные и голодные все же бродят по улицам в поисках жертвы. Вот на такого шатуна мы и наткнулись. При нас было достаточно оружия: копья, шиты, брони, мечи и кинжалы. Но это оружие не особо нам тогда помогло — больше от страха и ужаса. Мы просто не смогли оказать достойного сопротивления. — Он на секунду замолчал и продолжил. — Не то, что сейчас. Страж заметил нас и напал. А мы…. Что мы. Застыли. Оцепенели. И вот тогда, из-под подворотни, ему наперерез, выскочил подросток. Вот с таким же фаером, каким сегодня мы этого, — он кивнул куда-то в сторону, — сожгли. Оказалось, что древняя магия, которая перемолола все взрослое население города, не сказалась никак на детях. И детей тут много. Конечно, многие из них уже стали подростками, а некоторые у совсем взрослые.
— А чего же тогда, мы не днем сюда явились? — Воскликнул Кузьма. — Днем же, как ты говоришь, нет этих стражей. Да и подростки эти нам, наверняка бы помогли.
— Тут не все так просто. Понимаете, — Леха всегда уважительно относился к Кузьме из-за его большого опыта и авторитета, — днем совсем другая опасность. И, вероятно, даже похуже этих мертвяков будет.
— Что за опасность?