Казалось бы, чего проще, обе стороны хотят гарантий безопасности, так почему бы не заключить об этом договор? Но дело в том, что эти стороны хотели что-то выиграть при этом. Кроме того, со временем накопились друг к другу сложные вопросы, которые необходимо было решить. Так что неудивительно, что в ходе переговоров стороны выдвинули друг к другу определенные условия, на которых они соглашались этот договор заключить.
В этом смысле Сталин находился в более выгодном положении. Он имел информацию от Рихарда Зорге о том, какие условия японское правительство считает действительно необходимыми для заключения договора. И, соответственно, без принятия которых, договор подписан не будет. Вспомним резолюцию Голикова: "ваша информация имеет значение".
Соответственно, Сталин мог видеть, какие из выдвинутых предложений японская сторона полагает принципиально важными для заключения такого договора, а какие предложены в качестве торга, в желании получить какие-то попутные выгоды сверх необходимого. И от которых можно заставить их отказаться, проявив со своей стороны терпение и выдержку.
Одним из наиболее важных для японцев условий было, конечно, прекращение оказания Советским Союзом военно-технической помощи Китаю. Но здесь как раз обстановка сложилась достаточно удобная для того, чтобы продемонстрировать для японской стороны значительные шаги навстречу их пожеланиям. Дело в том, что именно в это время советское правительство само уже приняло решение о снижении уровня помощи Китаю.
Советская помощь Китаю в 1937-1941 годах была настолько значительной, что, без преувеличения, обеспечивала ему саму возможность сколько-нибудь успешного сопротивления японской армии. Одних только самолетов за этот период из СССР Китаю было поставлено 1285. Без этой помощи в то время, особенно в самом начале войны, китайцы долго бы не продержались. Особенно это касается помощи в создании там современных военно-воздушных сил и, конечно же, боевой работы советских летчиков, дравшихся в небе Китая.
Но по мере развития событий все сильнее стали проявляться противоречия между Гоминданом и Коммунистической Партией Китая, воевавших против Японии. Противоречия эти приняли к этому времени настолько острый характер, что впору уже было говорить об открытой вражде между ними.
Советское правительство свою военно-техническую помощь оказывало тогда центральному правительству Китая, возглавляемому Чан-Кайши. Но по мере обострения отношений между ним и КПК, у советского руководства возникло вполне резонное опасение, что поставленное в Китай оружие будет использовано не против японцев, а против коммунистических соперников в гражданской войне. Поэтому, начиная уже с 1940 года СССР начал свертывать военную помощь Китаю. С этого же времени прекратили здесь участие в боевых действиях и советские летчики.
Но ведь всё это японскому правительству знать было вовсе не обязательно. Поэтому это вынужденное решение вполне можно было выдать за жест доброй воли со стороны СССР в сторону Японии.
Необходимо отметить, впрочем, что примерно в это же время усиливается помощь Китаю со стороны США. В ноябре 1940 года они предоставили правительству Чан-Кайши заем в размере 100 миллионов долларов, причем 50% займа было реализовано для закупок в США вооружений, а 50% были предназначены для укрепления стабилизационного фонда Китая.
Как раз в апреле 1941 года должна была поступить в Китай партия из закупленных в США в счет кредита самолетов, около 100 истребителей и легких бомбардировщиков. Одновременно с этим, в том же апреле 1941 года президент США Рузвельт разрешил американским военнослужащим вербоваться в группу летчиков, которая прибыла в Китай для войны с Японией.
Другим достаточно серьезным пожеланием японского правительства было разрешение на пропуск через Сибирь немецких военных материалов, заказанных Японией. Ну, уж такую-то цену за договор с Японией заплатить было можно. Тем более, что, в случае начала войны с Германией, этот трафик все равно бы автоматически прекращался. Поэтому с этим условием японской стороны Сталин тоже согласился.
То есть, по принципиальным вопросам согласие было достигнуто быстро. Все дело было, как это часто водится, в деталях.
Так, важным для Сталина было особо оговорить неприкосновенность Монгольской Народной Республики. Японцы этого не хотели, предлагали этот пункт из договора исключить. Сталин согласился, но так или иначе вопрос этот предложил закрепить в дополнительном протоколе. Поскольку вопрос этот он увязал с вопросом безопасности Маньчжоу-Го, марионеточным государством под покровительством Японии, здесь уже пришлось согласиться Мацуоке.
Другой существенной темой была судьба Северного Сахалина. Мацуока в качестве условия для заключения договора выдвинул предложение о продаже его Японии. Сталин, отказавшись от этого, наоборот, предложил ликвидировать там японские концессии. Этот вопрос, судя по всему, оставался вне согласования вплоть до самого конца переговоров.
Впрочем, судите сами.