То, что немцы потратят на войну с СССР не более 6 недель. Бахвальство? Да, конечно. Но зачем? Для того, чтобы просто похвалиться? Или для чего-то другого?
Отсутствие у Красной Армии способных офицеров и изобилие в германской армии гениальных полководцев. А здесь уже явно звучит мнение, сложившееся у гитлеровской верхушки на основании донесений полковника Кребса. Вообще-то говоря, экскурс в исторические события показывает, что автором этой информации со всей вероятностью мог быть действительно сам Гитлер, те исторические глупости, которые были здесь изложены, это как раз в его стиле.
Финская война, вот здесь как раз многое действительно больно ударило по военному престижу государства. Одновременно с этим, похвальбы своим пиратством в небе Югославии и Греции не очень убедительны. Особенно в сравнении с действиями советских ВВС в Финляндии. Сравнение разрушенного Белграда с нетронутым Хельсинки говорит скорее о глупости, чем о силе. Потому что ясно, что при желании, Хельсинки советская авиация могла превратить в развалины за несколько часов. И не сделала этого не от неумения, а потому что не было такого приказа. Уж кому, как ни Сталину было это известно.
Возможный удар немцев на Баку и Грозный с территории Ирака. А вот здесь о таком возможном развитии событий снова имеются подтверждения из других источников.
Авиационные налёты на советские электростанции, как мы уже видели, подробно описывал не раз в своих сообщениях "Старшина".
Утверждение о том, что план уже разработан, но сделано это на всякий случай. И опять же с историческими аллюзиями.
Что полезного из всего этого можно было извлечь?
Этой информацией Гитлер хотел обмануть Сталина в том, что он не желает войны. Что он предпочитает договариваться.
Но одновременно с этим в обращении германской стороны, озвученном "Лицеистом", можно отследить и несомненно важные признаки того, чего можно на самом деле ожидать от нацистского руководства. Всё его сообщение буквально пронизано ярко выраженным упоением собственным могуществом и пренебрежением силой противной стороны.
Чего тогда ожидать при таком настроении от переговоров, в случае, если они состоятся? Только того, что интересы партнёра по переговорам будут полностью проигнорированы. Иными словами, из этого обращения прямо вытекало, что если переговоры и состоятся, то вестись они будут с позиции диктата. Это означает, в свою очередь, что условия, выдвинутые Гитлером, скорее всего действительно будут неприемлемыми. И никакие резоны другой стороны не будут им приняты во внимание. А значит, всё равно война неизбежна.
Значило ли это, что от политических игр надо отказаться?
Конечно, нет. Помимо надежд всё-таки как-то извернуться в последний момент из-под нависшей угрозы, должно было быть ещё и понимание того, что в мире существует не одна Германия. Что есть ещё Англия. Есть США. Япония. Что в этом клубке переплетено множество интересов и противоречий. И такая игра во многом должна была предопределить те внешнеполитические условия, в которых придётся воевать. Сталин ведь не для красного словца говорил в своей речи перед выпускниками военных академий о важности приобретения в будущей войне союзников.
Павел Судоплатов. "Разные дни тайной войны и дипломатии. 1941 год."
КОНТАКТЫ С АНГЛИЧАНАМИ ЧЕРЕЗ ПОСЛА ЮГОСЛАВИИ
"...Внешнеполитическая активность англичан в отношениях с СССР нарастала. Нами же принимались соответствующие меры предосторожности. После югославских событий Сталин избегал лично принимать английского посла Криппса, "спускал" его сразу на уровень заместителя наркома иностранных дел. Для нас, как уже говорилось, было важным не оказаться в глазах немцев втянутыми в какие-либо серьезные внешнеполитические переговоры со злейшим врагом Гитлера Черчиллем. Советское руководство начало склоняться к варианту секретной проработки вопроса о будущих союзниках в неизбежной войне с Гитлером, имея в виду нейтральную тогда державу, но фактически союзника Англии - Соединенные Штаты Америки. Тем более что из кругов, близких к влиятельному соратнику Рузвельта министру финансов Г. Моргентау, мы получали ясные сигналы о желании начать секретный диалог по этому вопросу.
Помимо чисто дипломатических переговоров предпринимались и собственные контрмеры. Мы приводили войска в повышенную боевую готовность, однако четкого представления о ее реальном состоянии у нас не было. Началась переброска армий с Дальнего Востока, с Кавказа, Средней Азии - создание так называемого второго эшелона. Был издан ряд директив о тайной мобилизации войск и агентуры по линии НКВД, о приведении в боевую готовность нашей резидентуры в Германии и одновременно проводилась подготовка к мобилизации чекистских кадров, находившихся в запасе.