Они работали в метровом диапазоне (106 МГц) и теоретически позволяли обнаруживать воздушные цели на дальности до 240 км с точностью плюс-минус 6,4 км по дальности и 2° по азимуту. Определять высоту цели они не умели. Эти устройства были ещё очень несовершенны и капризны, поэтому было решено использовать их лишь в самое потенциально опасное время суток, с 04:00 по 07:00. Всё остальное время персонал занимался изучением новой материальной части, её обслуживанием и устранением выявленных неполадок. В общем, если бы всё шло по расписанию, то эти радары вообще не должны были обнаружить приближающиеся 183 японских самолёта «первой волны».
В известном фильме «Пёрл-Харбор» 2001 г. данная РЛС была изображена неким стационарным сооружением, нехилых размеров бункером, набитым аппаратурой и личным составом. На самом же деле, «труба была пониже и дым пожиже»: повторяю, РЛС была
В 07:00 7 декабря 1941 г. два
В 07:02 солдаты снова запустили станцию, она прогрелась, вышла на рабочий режим и сразу выдала на экранчик осциллографа отражённый сигнал такой мощности, что рядовые решили, что капризная железка опять глючит. Однако, быстро проверив все приборы, они убедились, что всё работает нормально, а значит они просто имеют дело с целью такого размера, с каким они раньше никогда не сталкивались. Рядовой Эллиот нанёс на планшет первую точку – азимут 3°, дальность 220 км. Спустя три минуты к ней была добавлена вторая и теперь можно было оценить курс цели – практически прямо на них, а также её скорость – ориентировочно 290 км/ч.
В 07:06 Эллиот позвонил в Информационный центр ПВО в форте Шафто, куда передавались данные со всех РЛС, но там никто не отвечал. Затем попытался дозвониться до штаба своей части – с тем же успехом. Причина была проста – не только них в 07:00 начиналось время завтрака. Наконец он наткнулся в списке телефонов на номер коммутатора Информационного центра, про который точно знал, что тот работает круглосуточно. Трубку поднял дежурный телефонист рядовой Джозеф Макдональд, которому Эллиот и сообщил, что они обнаружили «огромную кучу самолётов, летят с севера, три градуса к востоку».
Макдональд ответил, что ему некому передать эти сведения – весь персонал, что наносил поступающие с радаров данные на большой планшет Информационного центра, ушёл на завтрак, поэтому «как только – так сразу». Рядовой повесил трубку, записал сообщение и, обернувшись к часам, чтобы правильно написать время, заметил, что в центре кто-то всё же есть. На месте оказался 28-летний дежурный офицер, заместитель командира 78-ой истребительной эскадрильи старший лейтенант Кермит Тайлер, который дежурил в Информационном центре всего
Макдональд показал ему донесение, но старший лейтенант не придал ему значения. Рядовой не мог напрямик сказать офицеру, что тот принимает решение в вопросе, в котором не разбирается от слова «совсем». Вместо этого он тактично сообщил, что служит тут с самого открытия Информационного центра, но ещё никогда не видел подобных сообщений, и предложил вызвать с завтрака специалистов, чтобы они с этим разобрались. Тайлер ответил, что в этом нет необходимости, так он не видит ничего, требующего принятия каких-то срочных мер.
Однако Макдональд не успокоился и уже сам позвонил на РЛС на горе Опана. На этот раз ему ответил более опытный оператор радара Локард. Взволнованный рядовой сообщил, что сигналы становятся всё мощней и там явно больше их первоначальной оценки в 50 самолётов. В 07:08 дальность сократилась до 180 км, в 07:15 – до 148 км. Узнав, что в центре есть дежурный офицер, Локард попросил позвать его к телефону.
